…После окончания третьего, в моем восприятии, «ночного» сна, как только я закончила передавать вслух для Д.Г. последние впечатления от воспринятой мной информации, в моем сознании прозвучал знакомый голос нашего основного информационного источника - Творящего Информационного Центра космического Сознания Абсолюта, или цивилизации уровня Свент. Мне сообщили, что сейчас я совершу путешествие. Моя духовная сущность будет послана в другую мыслящую цивилизацию, которая по многим параметрам аналогична и подобна нашей, но ее биологически-мыслящие системы (в нашем понимании, люди) имеют иной вариант развития разума.

Я узнала, что мне будет дана соответствующая новым условиям биологическая форма, предоставлена возможность установления самостоятельных контактов с другими людьми. Меня предупредили, что это путешествие является не просто прогулкой, а испытанием моих возможностей адаптации в новых условиях. Я не имею права активно вмешиваться во что-либо и раскрывать себя, я могу только наблюдать, анализировать, запоминать и стараться найти взаимопонимание с теми, с кем вступлю в контакты. Сигналом к прекращению путешествия послужит мое желание вернуться.

Никакого полета куда-либо я не ощущала, просто, как бы открыв глаза, обнаружила, что я - не взрослый человек, а девочка лет двенадцати. На мне были надеты темно-коричневые брюки прямого покроя, бежевая спортивная куртка и кремовые туфли…

Оглядевшись, я увидела, что нахожусь в светлом длинном коридоре. Раздались голоса, и в коридоре появилось много таких же, как и я, детей в сопровождении взрослых людей. Они переговаривались между собой на родном для меня языке, поэтому очень скоро я поняла, что нахожусь в школе, взрослые - это родители детей и пришли с ними сюда не просто проводить их на занятия, но и принять участие в их обучении. Я узнала, что в этой цивилизации так принято. Считается, что никто не может лучше родителей знать особенности своего ребенка, чтобы вовремя придти на помощь преподавателю в восприятии и осмыслении ребенком новой темы познания.

То, что мы называем «домашними заданиями», для учащихся здесь не существует, так как это считается неприемлемой тратой времени, усвоением не самой новой учебной темы, а закреплением лишь того, как дети смогли воспринять новую тему на уроке. Присутствие родителей помогает детям воспринимать и осмысливать новый для них материал в соответствии с объяснениями и требованиями преподавателя. Ответственность за качество изложения информации несет учитель, ответственность за качество восприятия несут и учитель, и родители, ответственность за качество осмысления (усвоения) нового несут родители и ученики.

Вскоре появился преподаватель. В моем восприятии, это была молодая женщина лет тридцати, которая пригласила всех начать 1-й период сегодняшнего обучения. В дальнейшем я поняла, что здесь нет понятия «урок», есть понятие «период»; нет понятия «учебная четверть», «семестр», есть понятие «цикл обучения». Обучение строится не на преподавании детям разных дисциплин, а по темам, каждая из которых рассматривается с разных позиций, с точки зрения разных наук. Преподаватель по существу является учителем-универсалом, в нашем понимании, «специалистом широкого профиля», который ведет вверенную ему группу детей от начала обучения до конца.

Главным в таком обучении является не получение определенного объема знаний, не ранняя профессиональная ориентация, а развитие мышления, умения владеть словом и, постигая смысл, предположим, математического действия, находить аналогии, подобия, тождества в других науках, в окружающей жизни. Здесь не существовало понятий «хорошо» или «плохо», «можно» или «нельзя» - здесь были понятия «приемлемо» и «неприемлемо». Употребление их в дальнейшем, находясь в данной цивилизации, я слышала неоднократно.

Учебный кабинет представлял собой светлую комнату, стены которой имели розово-желтый цвет. Никаких «наглядных пособий»: плакатов, картин, стендов на стенах не было. Только там, где стояло кресло преподавателя, находился большой матовый экран. Посередине экран был разделен вертикальной линией на две части. Для детей и их родителей стояли кресла и столы прямоугольной формы. Крышки столов на ¾ были покрыты серой матовой пленкой, ¼ поверхности крышки стола с левой стороны занимал, как я поняла, пульт управления, состоящий из нескольких рядов разноцветных самой разнообразной формы кнопок. У кресла преподавателя я так же увидела то, что восприняла как пульт управления, который, как и экран на стене, был разделен вертикальной бороздкой на две части. Ни учебников, ни тетрадей у преподавателя и учеников не было.

Когда все вошли в кабинет, я несколько растерялась, так как не знала, что мне делать дальше. Преподаватель, обратившись ко мне, сказала, что она уже все обо мне знает (интересно, что?), но считает, что один день самостоятельного обучения без присутствия родителей при сложившихся для меня обстоятельствах (интересно, каких?) приемлем, и, повернувшись к ученикам и их родителям, которые уже заняли свои места, предложила женщине, сидевшей с сыном за одним из первых столов, взять меня на сегодняшний день под свою опеку. Я села рядом с ними в свободное кресло и, в нашем понимании, урок начался.

Тема, которая должна была сегодня изучаться в течение всех периодов обучения, называлась так: «Варианты взаимодействия двух величин, имеющих разные потенциальные возможности». Объяснение данной темы шло в словесной форме, при этом преподаватель в своей речи свободно использовала такие понятия, термины, с которыми у нас человек сталкивается, как правило, отнюдь не во время обучения в школе. Честно говоря, воспринимать и, тем более, запоминать то, что объясняла преподаватель, было нелегко. Я усиленно пыталась понять смысл объяснений, но чувствовала, что могу пока запомнить только то, что при объяснении преподаватель выделяла как основное.

Я обратила внимание, что дети и их родители слушали внимательно, изредка кто-нибудь из детей нажимал на своем пульте управления одну из кнопок и тогда на его крышке стола появлялся звездочкой световой сигнал. Я поняла, что крышки столов являются индивидуальными учебными экранами, но смысл происходящего мне был пока непонятен.

Основные моменты объяснения темы урока звучали следующим образом: «Сегодня мы будем изучать два основных варианта взаимодействия двух величин, имеющих разные потенциальные возможности. Первый вариант предполагает позитивный результат взаимодействия, второй вариант предполагает негативный результат взаимодействия. На вариант результата взаимодействия оказывают влияние не только потенциальные возможности каждого субъекта (величины), куда, как вы помните, входят творческие способности, интеллектуальный потенциал, особенности характера, но и психологическая установка на межличностное общение.

Если психологическая установка обоих субъектов, имеющих разные потенциальные возможности, направлена на сотворческое общение, предполагающее взаимное уважение и сохранение личностных интересов друг друга, то, независимо от своих потенциальных возможностей, каждый субъект увеличивает их в процессе общения, и совместная деятельность будет иметь положительный результат. Такое взаимодействие является приемлемым.

Если психологическая установка одного из субъектов предполагает непременное лидерство при совместной работе, несоблюдение творческих интересов другого субъекта, то в результате такого общения, даже если в отдельных случаях оба субъекта и увеличивают свои индивидуальные потенциальные возможности, их совместная деятельность будет иметь отрицательный результат. Такое взаимодействие является неприемлемым…».

Во время объяснения преподаватель приводила множество примеров, как я поняла, из повседневной для этих людей жизни, которые, видимо, должны были помочь ученикам усвоить новую для них тему. Ни один из этих примеров, иллюстрирующих объяснения преподавателя, я не запомнила, так как многое для меня было непонятным.

Но вот объяснение закончилось, преподаватель встала, нажала на своем пульте управления одну из кнопок и тут же в левой части большого экрана, занимающего одну из стен кабинета, вспыхнул вертикальный ряд световых сигналов. Я поняла, что таким образом на большом экране были продублированы световые сигналы-звездочки, загоревшиеся к концу «урока» на индивидуальных экранах у некоторых учеников.

После этого преподаватель и несколько учеников с родителями вышли из учебного кабинета. На своих местах остались только те, на чьих индивидуальных экранах горели световые сигналы. На индивидуальном столе, около которого я сидела, тоже светился такой сигнал-звездочка. Теперь я поняла, что означали эти сигналы: таким образом дети фиксировали для себя те моменты, которые им были непонятны в процессе объяснения новой темы.

Сейчас, в перерыве между двумя периодами обучения («уроками»), инициатива перешла к родителям, которые выясняли, что именно в ходе рассуждений преподавателя осталось непонятным их детям, и объясняли это им на доступных для индивидуального восприятия ребенка примерах. Время от времени кто-либо из оставшихся учеников поднимался и вместе с родителями выходил из кабинета. Я обратила внимание, что световые сигналы при этом выключались не только на индивидуальных экранах этих учеников, но и на большом настенном экране.

Вслушиваясь в то, как родители помогали своим детям усвоить новую тему, я, наконец, поняла, о чем шла речь на «уроке» и воскликнула про себя: «Эврика!». Смысл изучаемой темы вполне можно было выразить известными нам математическими выражениями: (а + в)² и (а - в)².

Я была настолько возбуждена своим открытием, что тут же решила поделиться им и с мальчиком, который сидел рядом со мной, и с его мамой. Мама мальчика тут же при помощи пульта управления воспроизвела на индивидуальном экране нашего стола и сами математические выражения, и соответствующие уравнения - так, как я рассказывала, в привычных для нас математических символах.

Мальчик удивленно посмотрел на меня, его мама сказала: «Это любопытно…» и нажала на пульте управления еще одну кнопку. Тут же на большом настенном экране, напротив одной из горевших сигнальных звездочек, вспыхнул знак вопроса. В это время в кабинет вошли преподаватель и ученики с родителями, которые, не спеша, заняли свои места.

Преподаватель взглянула на экран и повернулась в нашу сторону. Я поняла, что она каким-то образом может определять, какому индивидуальному экрану соответствует сигнал на настенном экране. «В чем смысл проблемы?» - спросила она у мамы мальчика. Вместо ответа мама мальчика нажала еще одну кнопку индивидуального пульта и вся запись, воспроизведенная с моих слов на нашем индивидуальном экране, была тут же продублирована на большом экране со знаком вопроса.

Взглянув на большой экран, преподаватель сказала: «Такой вариант понимания данной темы возможен, но не является приемлемым, так как в процессе обучения может способствовать развитию машинного типа мышления».

Пока я размышляла над тем, что услышала, начался 2-й период изучения темы (урок). Теперь я увидела, что индивидуальные экраны и левая часть большого экрана служили не только для воспроизведения световых сигналов, контролирующих усвоение нового материала, но и для самостоятельной работы учеников и их родителей. На этом «уроке» родители играли отнюдь не пассивную роль, они участвовали в выполнении заданий так же активно, как и их дети. Сначала дети и взрослые придумывали или находили примеры совместной работы двух индивидуумов, затем воспроизводили их в зрительных образах, - сперва, на индивидуальных экранах, а потом, когда такой микрофильм был готов (каждый из них создавал неозвученный рисованный мультфильм), дублировали его на большом экране для всей учебной группы.

После короткого перерыва начался 3-й период обучения (3 урок). Это был урок-диалог, на котором каждый ученик вместе с кем-либо из родителей разыгрывал ситуацию совместного решения какой-либо практической задачи с приемлемым и неприемлемым вариантами решения. Оба варианта разыгрывались каждой парой по два раза, так как в каждом варианте роль лидера играл то ребенок, то кто-либо из родителей.

Во время следующих двух периодов обучения (уроков) новая тема рассматривалась на примерах взаимодействия минералов, химических элементов, элементарных частиц, представителей флоры и фауны, небесных тел и т.д. Все объяснения преподавателя сопровождались демонстрацией динамических образов, рисунков, того, что мы бы назвали «документальными фильмами», - на правой части настенного экрана. Интересно, что я ни разу не слышала названия той науки, в пределах развития которой рассматривалась данная тема. Все внимание было направлено на изучение новой темы во всевозможных аспектах и проявлениях.

После окончания 5-го периода (урока) нам сказали, что сегодня последний день очередного цикла обучения, и мы все будем направлены, как обычно, для отдыха в одну из специализированных зон. Из разговоров я поняла, что каждый цикл обучения длится, в нашем понимании, месяц, а период отдыха составляет, примерно, неделю, что такая же периодичность чередования труда и отдыха существует и у взрослых, что в специализированных зонах отдыхают не только дети, но и взрослые, что во время периодов отдыха детям предоставляется определенная самостоятельность, - они там находятся без родителей, но под присмотром других взрослых, которые либо работают в таких зонах, либо отдыхают там.

Каждый ребенок получил направление в свою зону отдыха. Я не знаю по какому принципу определялись такие зоны для каждого человека, но из объяснений преподавателя поняла, что мы все должны разъехаться вечером, после занятий, чтобы утром быть уже на месте. Во мне возникло знание того, куда и каким образом я должна буду ехать. Кроме того, что я садилась в транспорт, отдаленно напоминающий поезд, из дорожных впечатлений я ничего не запомнила, видимо, потому, что, «отключившись» от восприятия событий, передавала вслух Д.Г. то, что произошло со мной за этот день.

Когда я вновь настроилась на восприятие, то обнаружила, что там уже наступило утро, ярко светило солнце, в лицо дул свежий морской ветер. Я услышала шум прибоя и, оглядевшись, увидела, что иду по улице какого-то города. Дорога была вымощена камнем, дома были двух или трехэтажные, но не стандартные, каждый дом имел «свое лицо». Машин на улице я не видела, а люди, которые попадались навстречу, пожалуй, ничем не отличались от жителей любого нашего города. Единственное, на что я обратила внимание - это на одежду, которая отличалась спокойными тонами и простотой покроя.

В первую минуту я подумала, что каким-то образом оказалась в одном из небольших курортных городов нашей страны. Но, двигаясь по улице дальше, я поняла, что различия все-таки есть. Я не видела ни одного газетного киоска, ни одного, привычного для нас, рекламного стенда, ни одной вывески с надписью «Продукты», «Аптека», «Кафе» и т.д.

Почувствовала, что мне что-то мешает двигать правой рукой, и тут к своему удивлению обнаружила у себя за спиной небольшую сумку, наподобие торбы. Я не могла понять, откуда она у меня взялась, и решила посмотреть, что там лежит. Мое удивление еще больше возросло, когда, открыв сумку, я обнаружила в ней платье и два прозрачных целлофановых пакета. Кто эти вещи положил в сумку, зачем они мне здесь нужны - я не поняла и решила не спешить с выводами. Подумала, что вряд ли это случайность или чья-то шутка.

Я продолжала идти по улице и вскоре поняла, что пришла. У меня создалось впечатление, что какое-то другое мое «я» прекрасно знает, куда надо идти и что делать. Я вошла в незнакомый дом, который другому моему «я» казался знакомым, подошла к одной из стоявших женщин, которую другое мое «я» узнало, поздоровалась и сообщила, что приехала.

Женщина пригласила меня за собой, при этом одно мое «я» как бы запоминало расположение коридоров и комнат, а другое мое «я» вспоминало что где находится. Наконец, мы свернули в длинный коридор, по левую сторону которого была стена, а по правую - небольшие ниши. Внутри каждой ниши стояло что-то, напоминающее кушетку или топчан с приподнятым изголовьем. Я бы, может быть, еще сомневалась, что это такое, но в этот момент поймала мысль своего второго «я»: «Интересно, где я буду спать в этот раз, хорошо бы в конце коридора».

Но вот женщина, которая шла впереди меня, остановилась, мы оказались в одной из ниш и тут я поняла, почему в коридоре было достаточно светло, хотя искусственного освещения я не видела: над кушеткой, или топчаном, под потолком был открыт оконный проем - наподобие фрамуги, только вместо стекла был вставлен какой-то другой материал, непрозрачный, под цвет стены. Только в последующие дни я обратила внимание, что с наступлением сумерек, материал, вставленный в раму «фрамуги», становился прозрачным, поэтому с наступлением темноты я могла видеть ночное звездное небо.

Женщина, которая привела меня сюда, достала откуда-то (я упустила этот момент, пока разглядывала «фрамугу») несколько сложенных кусков ткани и вопросительно взглянула на меня. Я еще не поняла, чего она от меня ждет, а мои руки, как бы с подсказкой другого «я», сняли с плеча сумку и вытащили сложенные целлофановые пакеты. Мне показалось, что вид пакетов ее несколько удивил, но она не стала меня ни о чем спрашивать, а стала застилать топчан, и просила быть внимательной, чтобы, если в дальнейшем мне придется перестилать постель самостоятельно, я ничего не перепутала. Внутри меня возникло некое чувство досады, как будто я уже неоднократно видела, как это делается, но не могла толком запомнить. Вскоре она покрыла топчан тканью в несколько слоев, а между слоями положила сначала один целлофановый пакет, который я ей передала, а потом другой. Таким образом, тканевое покрытие вместе с целлофановыми прослойками составляло не менее пяти слоев. Зачем это было надо, я не знала, спросить не решилась, а как узнать у другого своего «я», которому эта процедура явно была знакома, не знала. Уже вечером, когда я легла на топчан, чтобы отдохнуть, обратила внимание, что целлофановые прослойки находились под позвоночником чуть ниже лопаток. Я поняла или, возможно, каким-то образом узнала у своего другого «я», что такое многослойное покрытие необходимо для того, чтобы человек во время ночного сна не испытывал никаких неудобств, так как пока человек в зоне отдыха спит, с ним проводят, как бы мы сказали, экспресс-диагностику его здоровья и, если возникает необходимость, то и соответствующий курс лечения.

Я оставила возле топчана свою сумку, и мы пошли обратно. Честно говоря, ориентироваться в дальнейшем внутри этого дома, да и во всей этой зоне отдыха, часть которой занимали жилые дома, мне помогало другое мое «я». Оно мне ничего не объясняло, не показывало, просто, когда оно что-то вспоминало или узнавало, это знание тут же становилось и моим, - моего, как мне тогда казалось, основного «я».

Именно таким образом я узнала, что дети, как и взрослые, в этой зоне могут использовать свое время по личному усмотрению, устанавливать дружеские контакты не только с ровесниками, но и с любым взрослым человеком, если есть взаимный интерес к общению. Можно было завтракать и ужинать там, где я должна была ночевать, а можно было у своих друзей. При этом предупреждать кого-либо о месте своего пребывания было необязательно. Пока я жила в зоне, я не ощущала чувства голода, поэтому, видимо, и не обратила внимания на то, что я ела. У других людей потребность в приеме пищи тоже была небольшой и разговоров, связанных с приобретением продуктов и их приготовлением, я ни разу не слышала.

Единственное жесткое условие, которое должен был выполнять любой человек, находящийся в зоне отдыха, - возвращаться в отведенное ему жилое помещение с заходом солнца и вовремя ложиться спать. Пока я там находилась, я ни у кого и нигде не видела часов, ни разу не слышала вопроса, касающегося времени: люди ориентировались по солнцу. Возможно, они хорошо чувствовали время, во всяком случае, в отношении времени суток там были три основных ориентира, на которые обращали внимание: восход солнца, полдень, заход солнца. Я узнала, что если кто-либо не успевал вернуться домой до окончания захода солнца, до наступления сумерек, то тут же объявляли тревогу, и спасательная служба зоны начинала его разыскивать. Такое беспокойство, даже в отношении взрослых людей, было связано с тем, что каждый человек, находящийся в зоне отдыха, проходил индивидуальную программу комплексного оздоровления, но для этого ему не надо было посещать врачей. Врачи сами занимались с ним, но не непосредственно, а дистанционно, - от захода до восхода солнца.

Я осознавала каждый свой час, проведенный в зоне: гуляла по улицам, спускалась к берегу моря или океана (как я вскоре узнала, зона отдыха занимала небольшой полуостров). Растительности там было мало, но дышалось легко, дни стояли солнечные, ясные, жары я не чувствовала, - возможно, потому, что с моря постоянно дул порывистый сильный ветер.

Архитектура домов, окружающая природа, внешний облик людей настолько были узнаваемы, что иногда я ловила себя на том, что начинаю ощущать себя дома, в родной цивилизации. Но как только я начинала общаться с кем-нибудь из людей, то тут же ощущение узнаваемости пропадало. Там не нужно было искать каких-либо особых поводов для знакомства. Достаточно было подойти к любому человеку, который заинтересовал тебя, поздороваться, назвать свое имя и задать интересующий тебя вопрос. О чем же меня спрашивали? - Как я себя здесь чувствую, беспокоит ли меня что-нибудь, где меня устроили на ночной отдых, как меня встретили, не хочу ли я совершить совместную прогулку, нуждаюсь ли в какой-либо помощи, нужен ли совет, не хочу ли я принять приглашение на совместный ужин или завтрак. Сначала, когда ко мне подходили и заговаривали со мной таким образом, мне это казалось странным, и я от неожиданности терялась и не знала как реагировать.

Интересно, что ни дети, ни взрослые не спрашивали меня, почему я так себя веду: на меня просто внимательно смотрели, извинялись за причиненное беспокойство и отходили. Мне многое казалось непонятным во взаимоотношениях людей, поэтому в первый день своих «каникул» в зоне я старалась только наблюдать за тем, как знакомились и общались другие, не привлекая к себе особого внимания, - впрочем, там уважали желание человека побыть одному.

Только на следующий день, немного освоившись, я поняла, почему ко мне подходили знакомиться или с каким-нибудь вопросом, в основном, не мои сверстники, а взрослые люди. Внимание к детям - своим или чужим - считалось там очень важным и необходимым условием для приемлемого развития мыслящей цивилизации. Поэтому, видимо, родители и не проявляли беспокойства по поводу того, что дети после очередного цикла обучения, должны были целую неделю жить самостоятельно среди незнакомых людей.

Находясь в зоне отдыха, я ночной сон, как и в предыдущие дни пребывания в состоянии контакта, использовала, - частично для анализа происшедшего за день, - частично для передачи вслух Д.Г. своих впечатлений.

На следующий день со мной познакомились две женщины, находившиеся между собой в дружеских отношениях. Мне показалось, что им было лет по пятьдесят - пятьдесят пять. Я не запомнила всех тем наших бесед, но обратила внимание, что их очень мало интересовали вопросы, связанные с политикой, экономикой, сохранением физического здоровья, зато очень интересовали проблемы, связанные с развитием взаимоотношений между людьми, с развитием и особенностями мышления человека, с возможностями его активного и пассивного сознания (под «пассивным сознанием» они, возможно, имели виду то, что мы называем «подсознанием человека»). Их интересовали не только какие-нибудь «интересные мысли», высказанные кем-либо, но и весь ход рассуждений.

Во время ужина они сообщили мне, что завтра в зону приедет «Большой театр», что это событие для них и что они приглашают меня, если я не возражаю, на представление, только для этого мне желательно сменить одежду: если есть возможность, надеть вместо брюк платье. Я ответила, что с удовольствием приму приглашение, подумала, - так вот почему в моей сумке оказалось платье, и машинально спросила: «А что они привезут?», - имея в виду репертуар «Большого театра». Мои собеседницы переглянулись, и одна из них ответила: «Они ничего не привезут, «Большой театр» показывает представления». «Я понимаю, - сказала я, - а что они будут давать?».

Вопрос, обычный для нас, заставил их еще больше удивиться. Мне ответили: ««Большой театр» ничего не дает, он будет исполнять музыку и показывать представление. - Вы когда-нибудь видели представления «Большого театра»?» - «Ну, конечно, - ответила я, совершенно сбитая с толку, - и не раз!» - «Это очень приятно, - сказала одна из женщин, - дело в том, что я сама участвую в представлениях «Большого театра», а сейчас нахожусь на отдыхе, но в завтрашнем представлении, возможно, приму участие. А какие представления вы видели?»

То ли я устала, то ли, долго общаясь с ними, перестала контролировать себя, то ли при словах «Большой театр» ощутила себя как бы дома, но только я сказала, что в последние годы мне больше нравятся балетные постановки, нежели оперные. Женщины вновь переглянулись и спросили: «Что значит «оперные» и «балетные» постановки?» Я начала объяснять. «Вы что-то путаете, - сказали они мне, - музыка, конечно, играет в представлениях «Большого театра» определенную роль, но то, что вы называете «балетом», «хореографией», в «Большом театре» не было и нет». - «Ну что вы, - вскричала я, - как это «нет», когда моя старшая дочь ездила на просмотр в хореографическое училище при «Большом театре»!»

Наступила пауза, во время которой я поняла, что провалилась с треском.… Но, оказалось, мои новые знакомые истолковали мое заявление несколько по-иному. Они снова внимательно посмотрели на меня и очень доброжелательно, с сочувствием произнесли: «Вы не волнуйтесь, мы уверены - после отдыха у вас все будет в порядке». Расстались мы в этот вечер очень хорошо, никакой натянутости во взаимоотношениях не чувствовала, о происшедшем недоразумении никто не вспоминал.

Ночью, перед тем как заснуть, я вновь настроилась на Д.Г. и передала ему вслух все, что удалось запомнить.

На следующий день, после завтрака, я немного побродила по городу, - все было как и в предыдущие дни: солнце, тишина, редкие прохожие, только в порту - он находился в правой части полуострова, - судя по звукам, доносившимся оттуда, производились какие-то работы. Что представлял собой порт, я увидеть не смогла, так как еще в первый день своего «отдыха» в зоне, обнаружила, что эта часть полуострова полностью закрыта, и попасть туда можно было только со стороны моря (океана) или по специальным подземным переходам.

Ближе к полудню, когда солнце стояло почти в зените, я пошла переодеться и вскоре предстала перед своими вчерашними знакомыми в приемлемом для посещения представления «Большого театра» виде. Они меня уже ждали. Мы втроем шли по улицам города, и я пыталась угадать в каком из домов будет происходить представление «Большого театра». Ни один из них не был похож на привычное для нас здание театра.

Вскоре мы оказались у дверей ничем не примечательного трехэтажного дома. Я спохватилась, что ничего не спросила о билетах, но о них никто и не заговаривал. Мы открыли дверь, вошли и почти сразу оказались в большой комнате, которая была похожа на зрительный зал. Большую часть комнаты занимали кресла, поставленные рядами. Было и подобие сцены. Но ни кулис, ни занавеса, ни декораций, ни осветительной техники я не видела. Слева на сцене стоял длинный стол, за ним ряд кресел. Правая часть сцены была также уставлена несколькими рядами кресел.

Мы прошли в середину зала и сели на свободные кресла. Народу было не много, но постепенно зал стал заполняться людьми, и вскоре не осталось ни одного свободного кресла.

«Мне пора», - сказала одна из моих спутниц, - та, которая вчера пригласила нас на сегодняшнее представление. Она встала со своего места и пошла к сцене. Почти одновременно с ней на сцену поднялись и другие люди. Среди них были и мужчины, и женщины самого разного возраста. Одни заняли места за столом, другие встали за ними, третьи сели в кресла, расположенные в правой части сцены. У последних в руках были какие-то предметы, - как следует разглядеть я их не смогла, но подумала, - уж не музыкальные ли это инструменты? И не ошиблась.

Один из музыкантов встал, и разговоры в зрительном зале прекратились. В дальнейшем он руководил музыкальным сопровождением представления. Назвать его дирижером, пожалуй, было нельзя, так как он, по существу не управлял оркестром, а, скорее, контролировал работу музыкантов. Интересно, что ни пюпитров с нотами, ни дирижерского пульта не было, да и артисты, если можно так назвать участников представления, внешним видом ничем не отличались от зрителей.

Представление началось, но каким образом и артисты, и зрители почувствовали, что оно началось, я не поняла. Ни привычных для нас театральных звонков, ни объявлений о начале «спектакля» не было. Просто вдруг в одно мгновенье наступила тишина, все как будто замерли. Голос одного из артистов, сидевших за столом, и музыка зазвучали почти одновременно. Мне трудно было понять и тем более запомнить то, что происходило. Мое сознание оказалось не готовым к восприятию этого представления. Речь звучала на родном для меня языке, но я не понимала ни темы спектакля, ни смысла диалогов главных действующих лиц, ни принципов развития сценического действия.

На лицах зрителей отражалось такое внимание, интерес, восхищение, как будто они (зрители) являлись свидетелями рождения чего-то необыкновенного, какого-то шедевра. И я напряженно вглядывалась и вслушивалась в то, что происходило. У меня сложилось такое впечатление, что музыка играла в спектакле очень важную, но не главную роль. Тембр звучаний музыкальных инструментов напоминал синтез струнных смычковых и деревянных духовых инструментов. Музыка звучала в течение всего представления, она передавала чувства его главных героев.

Мне объяснили, что роли главных героев представления исполняли артисты, которые сидели за столом, а те, кто стоял за их спинами, - исполняли роли вспомогательные. Я обратила внимание, что за спиной каждого исполнителя роли главного героя располагалась группа из двух-трех артистов, исполняющих вспомогательные роли. Таким образом, сценическое действие развертывалось одновременно в нескольких группах общения. В самую большую группу общения входили сидевшие за столом главные действующие лица представления. Эта группа общения была основной. Все исполнители вспомогательных ролей были объединены в малые группы общения: сколько было главных героев - столько и малых групп общения.

Общение происходило только внутри каждой группы. Диалоги или монологи главных героев представления звучали на фоне музыки и диалогов, которые велись в малых группах общения. Смыслом диалогов внутри малых групп общения, каждая из которых находилась за спиной «своего» главного героя, была борьба за влияние на его поведение, на его взаимоотношения с другими героями представления. Главные герои, общаясь друг с другом, как бы не осознавали своего взаимодействия с теми, кто стоял за их спиной.

Они как будто не чувствовали скрытого влияния на все аспекты своей жизни своих других «я» или какой-либо идеи, навязчивой мысли, чужого телепатического воздействия, образы которых воплощали артисты, исполняющие вспомогательные роли, не чувствовали и своего влияния на них.

Постепенно я поняла: происходившее между главными героями представления было тем, что мы - люди - воспринимаем как единственную реальность, но на самом деле это только часть ее, проявленная и привычная для нашего восприятия. Все происходившее в малых группах общения за спинами главных героев, - не проявлено для нас, но по существу не менее реально.

Если в процессе сценического действия кто-либо из главных героев представления отказывался от какой-либо своей идеи или навязчивой мысли, то артист, воплощавший образ данной идеи или мысли, уходил со сцены. Но если человек (главный герой спектакля) отказывался прислушиваться к голосу какого-либо своего «я», то артист, исполнявший роль этого «я», со сцены не уходил, - он на время или до конца представления не вступал в диалог с другим непроявленным «я» человека и прекращал оказывать на поведение человека и его взаимоотношения с другими главными героями какое-либо влияние.

Я подумала: как мало человек знает самого себя. Как много, оказывается, еще скрыто для нашего сознания в том, что мы называем «реальной жизнью». Сможем ли мы когда-нибудь познать это и сознательно взаимодействовать не только со своим «я», которое мы ощущаем как основное, но и с теми, которые незримо находятся в нас всегда? Сможем ли мы научиться отличать воспринятую идею от навязчивой мысли, от чужого телепатического влияния?

Вспомнила о доме, о родных; подумала: «Как давно я их не видела - целую неделю». Возникло чувство беспокойства: «Как они там, так долго, без меня?» Я решила, что пора возвращаться…

Увидев Д.Г., сидящего рядом, спросила: «Какой сегодня день?» Он ответил. В первую минуту я не поверила. Оказалось, что здесь прошло всего 14 часов, а передачи информации «оттуда» я вела через каждые два часа….

 

Из дневниковых записей, сделанных Д.Г.: Во время дальнейших телепатических диалогов мы узнали, что процесс интерпретирования человеком получаемой информации связан не только с тем, какой тип восприятия и стиль мышления является для него доминирующим, но и с другими его индивидуальными особенностями: с воспитанием, с образованием, с профессией, с возрастом, с развитием органов чувств 1-го порядка (зрением, слухом, вкусом, обонянием, осязанием) и с состоянием его физического здоровья.

 

 

 

9 августа 1990 года.

 

Источник контакта: «Запомни: 1, 3, 7, 11… 1, 3, 7, 11…

 

· 1 - индекс Творца, сотворяющего зерно-идею, может восприниматься известным вам символом: окружностью с точкой в центре. Это Абсолют, или Ядро Абсолюта.

 

· 3 - индекс Творящего центра, где происходит искомое воплощение в Слове зерна-идеи, воспринятого от Творца, сотворившего зерно-идею. Искомое воплощение в Слове какого-либо зерна-идеи включает в себя: зерно-идею, набор форм мыслеобразов (каждая форма, в вашем понимании, соответствует одному из типов восприятия) и стиль мыслеобразования. Индекс Творящего центра искомого воплощения зерна-идеи в Слове может восприниматься также известным вам символом: окружностью с тремя точками в ней, расположенными в форме треугольника вершиной вверх. Все Творящие центры искомого воплощения зерна-идеи в Слове различаются наборами мыслеобразов и стилями мыслеобразования. Один из них - это, как ты уже знаешь, твой основной информационный источник - цивилизация уровня Свент, Творящий Информационный Центр космического Сознания Абсолюта.

 

· 7 - индекс гармоничной структуры воплощения какой-либо идеи во всем многообразии форм, в вашем понимании, проявленной и непроявленной реальности. Эта структура может восприниматься вами символическим изображением равнобедренного треугольника, разделенного на семь горизонтальных слоев. Во Вселенной существуют и другие гармоничные структуры воплощения какой-либо идеи, имеющие другой числовой, или вибрационный, индекс, и другие слои типов восприятия и стилей мышления.

 

Каждая гармоничная структура Сознания космического Разума Вселенной имеет свой Творящий информационный центр космического Сознания Вселенной, который принимает искомое воплощение какого-либо зерна-идеи в Слове, переосмысливает его в «старт-идеи» и в определенной последовательности передает их для дальнейшего развития и воплощения через живые одухотворенные фильтры-преобразователи (для вашей цивилизации - это шестой слой космического Сознания Вселенной) на другие слои Сознания космического Разума Вселенной (первоначальные сведения о каждом из них у вас уже есть). Там, переосмысленное в «старт-идеи» искомое воплощение в Слове какого-либо зерна-идеи проходит послойное развитие и в разных вариантах передается (отражается) каждому из вас.

Насколько точно тип восприятия и стиль мышления каждого из вас соответствует тому слою космического Сознания Вселенной, через который биологически-мыслящая система (в вашем понимании, человек) преимущественно принимает транслируемую, или передаваемую, по мере необходимости информацию, настолько точно сохраняется и искомое воплощение в Слове зерна-идеи, и то, что оно приобретает в Творящем информационном центре космического Сознания Вселенной: смысловую окраску, позицию взгляда, доминирующую интерпретацию.

 

· 11 - индекс восприятия и осмысления каждым из вас информации, которую вы получаете через свою многослойную гармоничную структуру Сознания космического Разума Вселенной. Спектр вибрационных волн, несущих информацию, и скорость ее передачи настолько превышают возможности вашего восприятия органами чувств 1-го порядка, что, практически, остаются для вас невоспринимаемыми и, следовательно, не подлежащими пока полному познанию и подробному научному анализу. Конечный результат воплощения принимаемой информации также зависит от доминирующего типа восприятия человека и от характерного для него стиля мышления.

 

Необходимо помнить, что в процессе дальнейшего осознания воспринятой и осмысленной информации типы восприятия и стили мышления у каждой биологически-мыслящей системы могут не соответствовать друг другу, то есть при доминировании образного типа восприятия может доминировать смысловой стиль мышления и т.д.

Развитые органы чувств 2-го порядка (имеются в виду: ясновидение, яснослышание, ясночувствование и т.д.) способны расширить границы восприятия принимаемой информации, но не влияют на преобразование одного стиля мышления в другой. Преобразование одного стиля мышления в другой зависит от развития в каждом из вас силы разума и материи мысли.

Вы уже знаете, что каждая биологически-мыслящая система является не только частицей вашей мыслящей цивилизации, которую можно рассматривать как единую биологически-мыслящую систему, но и частицей космического Разума Вселенной. В ваших записях есть описание принципов развития кристалла разума, который представляет собой развитие любой идеи от первого творящего импульса (зерна-идеи) до того момента, когда весь кристалл становится новым зерном-идеей (творящим импульсом новой идеи). Таким образом духовная сущность каждого из вас может восприниматься символическим изображением десятиконечного кристалла с центральной точкой первичного творящего импульса (зерна-идеи). То есть, каждый, в вашем понимании, одухотворенный человек есть вариант воплощения одухотворенной идеи Творца (Бога, Абсолюта).

Индекс 11 можно воспринимать и как понятие об 11-ти основных вариантах воплощения принимаемой каждым из вас информации. Существуют еще промежуточные варианты воплощения, но о них позже. Сейчас для тебя будет проявлена работа твоего сознания по восприятию и осмыслению транслируемой тебе информации. Вот так, например, может происходить в тебе послойное восприятие и осмысление в доступных для твоего сознания формах образа зеленого яблока».

 

Л.В.: Я увидела образ зеленого яблока с черенком. Потом происходило следующее: все, что воспринимала, я тут же вслух передавала Д.Г., после чего я слышала пояснения, из которых становилось понятно, как происходит в моем сознании восприятие, анализ и осмысление принимаемой мной информации.

Увидела образ радуги.

 

Источник контакта: «Ты видишь отражение в своем сознании мысли о гармоничной структуре космического Сознания Вселенной».

 

Л.В.: Увидела круг, разделенный диаметрами на восемь равных секторов, внутри каждого сектора и в центе круга были нарисованы точки.

 

Источник контакта: «Так ты можешь воспринимать слои космического Сознания Вселенной и свое сознание, являющееся Его неотъемлемой частью. Ты понимаешь, что у твоего сознания и у каждого слоя космического Сознания Вселенной, - свой творящий импульс космического развития-воплощения зерна-идеи для эволюции: своей, космического Разума Вселенной, Абсолюта».

 

Л.В.: Увидела нарисованную ноту, длительностью «восьмая».

 

Источник контакта: «Так как у тебя музыкальное образование, то ты, таким образом, невольно для себя совместил последний созданный в твоем сознании образ с переданным тебе образом яблока».

Л.В.: Во мне прозвучал звук «ля» первой октавы.

 

Источник контакта: «В слове «яблоко» есть звуки «я» и «л». Эти звуки входят в состав твоего имени, знакомые вибрации твое сознание выделило наиболее ярко и соединило вместе».

 

Л.В.: Увидела символ пиковой масти.

 

Источник контакта: «Этот вариант возник в твоем сознании в результате того, что когда-то ты использовал для экспериментальной работы то, что вы называете «игральными картами»».

 

Л.В.: Во мне прозвучало слово «Плод».

 

Источник контакта: «В словесной форме изложения твое сознание, имея развитый абстрактно-логический стиль мышления, именно так может воспринять и осмыслить переданный тебе образ яблока.

Какая мысль может сформироваться у тебя на основе поиска твоим сознанием смысла воспринятого зрительного образа зеленого яблока и под влиянием полученного тобой воспитания?»

 

Л.В.: Как бы в ответ во мне возникла мысль: «Искушение».

 

Источник контакта: «В форме старт-идеи ты можешь воспринять и осмыслить образ яблока так».

 

Л.В.: Я почувствовала знакомое состояние вдохновения, возникло ощущение открытия чего-то нового, и во мне возникла мысль-идея: «Вариативность в бесконечности преобразований».

Увидела изображение окружности, через центр которой проходит вертикальная черта, выходящая за ее пределы.

 

Источник контакта: «Твое сознание, отказываясь от восприятия и осмысления образа яблока как окружности с точкой в центре, создает новый символический образ. В чем причина отказа? Символ окружности с точкой в центре показался твоему сознанию узнаваемым, уже известным, повторяющим, частично, один из образов, созданных тобой вначале, и, следовательно, неверным».

 

Л.В.: Во мне возник образ веретенообразной спирали, раскручивающейся вертикально снизу вверх.

 

Источник контакта: «Так ты можешь воспринять и осмыслить волновую характеристику образа яблока».

Л.В.: Внезапно у меня возникло ощущение голода, тянущих болей в области желудка и привкус чего-то кисло-сладкого во рту.

Источник контакта: «Так может реагировать на восприятие образа яблока твоя физическая материя и один из ее органов чувств 1-го порядка - тот, который вы называете «вкусом»».

 

Л.В.: Почувствовала прикосновение к своему лицу чего-то гладкого и прохладного, как будто к щеке прижали холодный лист дерева или маленький резиновый мяч.

 

Источник контакта: «Так через осязание ты можешь воспринять и отразить в своем сознании передаваемый тебе образ зеленого яблока, а вот так ты данный образ можешь отразить в своем сознании, восприняв его через свое обоняние».

 

Л.В.: Откуда-то возник легкий ветерок, и я отчетливо ощутила запах свежести летнего сада.

Проанализировав все, что нами было записано во время этого контакта, мы не только смогли поставить перед собой новые исследовательские задачи, но и попытались представить себе, какой путь проходит зерно-идея от сотворения в Сознании Творца до осмысления, развития и воплощения в сознании человека:

Творец, сотворяющий зерно-идею, или Ядро (Центр) Ядра Абсолюта

(Абсолютный Отец)

↓

Творящий центр искомого воплощения идеи, или Ядро Абсолюта

(цивилизация уровня Сэйст Абсолюта, или

Абсолютный Дух Бога - Святого Духа)

↓

Творящий центр искомого воплощения идеи в Слове, или

Творящий Информационный Центр космического Сознания Абсолюта

(Абсолютный Сын, или цивилизация уровня Свент «Бог-Отец»)

↓

Гармоничная структура космического Сознания Вселенной, или

многослойная структура Сознания космического Разума Вселенной

(цивилизация уровня Пента «Бог-Сын»; цивилизация уровня Сэйст -

Вселенский Дух Бога - Святого Духа, цивилизации уровня Кварт «Ангел-Хранитель», «Ангел-Веститель», «Ангел-Учитель», «Ангел-Целитель»

и цивилизации уровня «кварт»)

↓

Человек - носитель индивидуумного, индивидуального и уникального сознания.

 

 

 

18 августа 1990 года.

 

Л.В.: «Не всегда человек может понять, какой у него контакт - «хороший» или «плохой». Отчего это происходит?»

Источник контакта: «Если на фоне «плохого» появляется худший, то первый «плохой» становится, в вашем восприятии, «хорошим», а второй, худший, «плохим». Такая переоценка в сознании человека проявляет преобладание в нем биполярности мышления».

Л.В.: «Нам часто задают вопрос: почему космический Разум допускает контакты человека с представителями сил хаоса или с «темными» цивилизациями?»

Источник контакта: «Развиваясь в окружении только светлых точек, человек сам может стать «темным». Каждый из вас должен постоянно делать выбор - вот основная пружина развития: «Кого я себе сегодня избираю»…

 

 

 

26 августа 1990 года.

 

Источник контакта: «Возможно, через некоторое время начнется яркое проявление совмещения разных мыслящих цивилизаций, сосуществующих в зоне вашей планеты. Вам следует быть готовыми к этому. Данное совмещение не является неизбежным, но очень возможно, так как в результате развития полей времени цивилизаций вашей планеты происходит пересечение данных полей, то есть происходит открытие точек-проходов между цивилизациями. Эти точки-проходы не обязательно будут продолжать открываться, периоды таких явлений уже были в истории вашей планеты. При расхождении витков полей времени разных цивилизаций эти точки-проходы закрываются.

Несмотря на то, что открытие этих проходов кратковременно, данное явление может сильно влиять на психику людей, вызывать аномальные реакции. Если произойдет массовое открытие проходов в точках совмещения, то такое явление может быть воспринято вами за так называемый «конец света» в худшем смысле. Так как большинство людей не стремится выйти за пределы собственного восприятия, то человечество может не справиться с той информацией, которую вынуждено будет воспринимать. У людей возникнет полное впечатление картины «конца света».

По вашей логике первыми должны будут потерять рассудок те, кто наиболее чувствителен, но в действительности большая опасность грозит тем, кто, в вашем понимании, слишком «материален», прагматичен. Биологически-мыслящие системы с развитой материей чувств умеют быстро перестраиваться под восприятие другого. У них наиболее развита любознательность, они обладают способностью выходить за пределы собственного восприятия. Поэтому то, что для одних будет «новыми впечатлениями восприятия», для других может оказаться личной трагедией. Такие люди слишком заняты собой. Вы пока на причины подобных явлений смотрите, в основном, с социальной точки зрения, а надо смотреть с позиции понимания последствий пересечения кругов полей времени одного типа. Причины - в законах развития полей времени и вам следует относиться к подобным явлениям без мистики и суеверия. Разные мыслящие цивилизации «залегают» в зоне вашей планеты слоями. Другой слой - другая структура, как и у каждого из вас: слой физической материи, слой материи мысли, слой материи чувств. А точки-проходы аналогичны тем биологически-активным точкам человека, через которые можно воздействовать на все слои. Такие точки-проходы не были предназначены для того, чтобы, в вашем понимании, «ходить друг к другу в гости». Они были созданы для гармонизации всех слоев вашей планеты. У каждой цивилизации вашей планеты свой слой проявления (воплощения), мыслящие системы разных цивилизаций могут быть внешне похожи между собой, но по спектрам поглощающих и излучающих энергий отличаются друг от друга. Такого проявления (воплощения) мыслящей материи, как человечество, на вашей планете, больше нет, в этом смысле правы те, кто утверждает, что вы одни на планете.

Следует помнить, что сами точки совмещения могут оставаться, а проходы между цивилизациями могут быть закрыты как с вашей стороны, так и со стороны других цивилизаций. Для того, чтобы точки-проходы закрыть извне силами, в вашем понимании, высших цивилизаций, нужно вмешательство, которое не может не деформировать развитие цивилизаций в зоне вашей планеты.

Существуют объективные причины, по которым либо ваша планета очень скоро вступит в позитивные контакты и на физическом, в вашем понимании, уровне, либо еще очень много лет, теряя надежду и восстанавливая ее, сможет находиться с нами только на телепатическом контакте. Это зависит не только от вашего развития, пока причины недоступны вашему пониманию. Об этом позже...».

 

 

 

5 сентября 1990 года.

 

Из дневниковых записей, сделанных Д.Г.: Мы, упоминая о телепатических контактах Л.В. с Арго, одним из наших Космических Учителей и ее опекуром, который, занимаясь своими исследованиями, отождествлялся с дельфином, не думали, что сегодня снова встретимся с ним.

 

Арго: «Ваша биологическая форма является единственным вариантом одновременного воплощения?»

Л.В.: «Наверное, единственным».

Арго: «У нас - нет. Посещая другие планеты, вы остаетесь в своей биологической форме?»

Л.В.: «У нас пока нет опыта таких посещений».

Арго: «У нас на каждой планете своя биологическая форма. Как ты думаешь, дельфин Арго - это моя настоящая биологическая форма?»

Л.В.: «Я воспринимала как настоящую».

Арго: «Это моя биологическая форма на данной планете. Состав атмосферы на моей родной планете таков, что на данной планете я могу находиться только в биологической форме дельфина».

Л.В.: «Как вы воплощаетесь в нужную вам биологическую форму?»

Арго: «Где как удобнее, - иногда используем биологическую форму чужой сущности, не мешая ей функционировать в ней, - иногда на фантомном уровне. А как ты у нас оказался? У тебя была другая биологическая форма, чем та, которую я видел, когда помогал тебе проснуться».

 

Д.Г.: Во время 1-го телепатического контакта с Арго в «научной лаборатории» на другой планете Л.В. видела и ощущала себя в образе юноши 17-18 лет. Во время 2-го контакта Л.В. видела и ощущала себя как в обычной жизни.

 

Арго: «Вы сами еще не знаете своих возможностей. Есть режим обратимости, вы им владеете, только не знаете об этом».

Л.В.: «Вы можете нас научить?»

Арго: «Настолько, насколько это позволяют универсальные законы развития Космоса. У законов Космоса есть единый смысл и вариантность восприятия. В варианте нашего понимания мы сможем вам помочь… Ты часто разгуливаешь в той биологической форме, в какой ты был у нас на планете».

Л.В.: «Как ты по-настоящему выглядишь?»

Арго: «Тогда ты меня не увидишь. А что, по-моему, симпатичная зверушка…»

 

Л.В.: У меня возникло впечатление, что, произнося эти слова, Арго как бы со стороны посмотрел на себя. То, что мы услышали от Арго дальше, заставило нас переглянуться.

 

Арго: «Мы бы хотели перенять у вас характерную окраску ваших взаимоотношений в творческом процессе. Нам это нравится. У вас достаточно большая палитра творческого процесса, нет единообразия. Не противоречит ли наше желание вашему пониманию законов Космоса?».

Л.В.: «Нет, не противоречит».

Арго: «Хорошо. Видите ли вы сами цветовую окраску своих эмоций и чувств?»

Л.В.: «Не всегда».

Арго: «Нам надо будет выработать общую систему кодирования для взаимопонимания…».

 

Из дневниковых записей, сделанных Д.Г.: Отождествляясь с дельфином, Арго настолько вживался в этот образ, что воспринимался самым настоящим, только говорящим, дельфином!

 

 

 

14 сентября 1990 года.

 

Источник контакта:

 

«Твой храм: в песок добавив соду,

Смешав как тесто, жечь как сталь.

Собой обогатить природу -

Тогда ушедших лет не жаль.

 

Стрелой из лука ты промчишься

Сквозь миражи и за предел,

В себе Собою подивишься,

Познаешь, где же твой удел.

 

 

Спиралью, скрученной до точки,

Войдешь в историю Земли.

Записывая эти строчки,

Им не молись, - ты им внемли».

 

 

 

25 сентября 1990 года.

 

Л.В.: …Трудно точно определить, что это было, информационный сон или непосредственный телепатический прием информации. Я, собственно говоря, уже проснулась и даже посмотрела на будильник: было семь часов утра.

Внезапно передо мной возник образ человека, который заявил, что он - «второе пришествие», что теперь ему «это стало совершенно ясно». Он считает себя Спасителем и открыто об этом заявляет: «Я приду и установлю свою спасательную власть!» Я понимаю, что этот человек хорошо владеет словом, обладает даром внушения и сильным характером. Я увидела толпу, собравшуюся перед ним, которой он пытался демонстрировать силу своего внушения.

И тут над ним за его спиной появилась другая сила. Я восприняла ее как огромное прозрачное образование, очертаниями напоминающее то шар, то дирижабль, то облако. И эта сила сказала спокойно и властно: «Какая власть? Это кто смеет претендовать на мою власть здесь? Я здесь был, есть и буду. Власти захотел… Моей. Я тебе устрою власть, покажу что есть твоя власть и что есть моя власть!»

Эта сила понимает, что человек, претендующий на власть, по сути для нее «свой», но его претензии она восприняла как бунт. Человек не почувствовал присутствия этой силы и продолжал вещать над толпой. И я увидела, что постепенно сила, которая находилась над ним, начала незаметно для него руководить его жестами и речью, то есть превратила его в свою марионетку.

Человек, возвышающийся над толпой, был очень горд, он ощущал себя очень сильным, всевидящим благодетелем человечества. У меня возникла мысль, что надо предупредить его, и в этот момент я увидела, что прозрачное образование начало сгущаться и почувствовала, что сила, заключенная в нем, прочла мои мысли.

Услышала обращенный к себе голос: «Кто здесь против меня?»

Я мысленно ответила: «Я не против тебя, я против тех, кто пойдет против меня».

Меня спросили: «Ты собираешься противостоять мне? Кто ты есть?»

Я мысленно ответила: «Я не собираюсь ни против кого выступать, я собираюсь защищать себя и тех, кто со мной, от тех, кто против нас, а против тебя я ничего не имею…»

Я ощутила как внутри прозрачного образования возникло замешательство: мой ответ оказался явно неожиданным и эта сила оставила меня на время в покое, вновь переключила свое внимание на человека, который продолжал руководить толпой.

Я видела, что как только он произносил фразы типа: «Я покажу, я докажу…», что-то происходило вблизи него - или моментально вокруг него образовывался облачный ореол или сверкала искра или появлялся над толпой небольшой летящий диск серого цвета. Я поняла, что таким образом воспринимаю ту энергетическую «помощь», о которой он не просил, но которую получал от невидимой силы, продолжающей исподволь управлять им. Эффект такого взаимодействия был поистине разрушителен не только для психики людей, которые окружали его, но даже для рядом стоящих зданий. Некоторые люди стали осознавать, что перед ними - проводник чужой воли, но он не понимал этого и начинал сердиться, если кто-либо пытался остановить его или просил уйти.

И вдруг я увидела, что уже не наблюдаю за происходящим, а вместе с Д. нахожусь в одном из разрушенных в результате выступления этого человека домов. Мы стремились выбраться из завала, но нам мешало мощное энергетическое воздействие двух объединенных сил: невидимого образования и человека, управляемого им.

Мы поняли, что, так как силы не равны, спастись мы можем, защищаясь, но, не вступая в открытую борьбу, на которую нас явно пытались спровоцировать. Мы вспомнили, что однажды уже поддались на провокацию, то есть ответили ударом на удар, и в результате воздействие пошло по нарастающей (по принципу раскачивающихся качелей). Мы решили двигаться вперед, апеллируя к универсальным законам развития Космоса.

Нам заявляли: «Вы не смеете идти вверх против нас!»

Мы возражали: «Нет, у нас тренировка по альпинизму. Это вы, мешая нам самосовершенствоваться, нарушаете закон охраны суверенности прав в саморазвитии и самосовершенствовании каждой личности».

Нам угрожали: «Мы вас уничтожим физически!»

Мы отвечали: «Тогда вы, воспрепятствовав нам воссоединиться с детьми, и, тем самым, отторгнув нас по существу от самих себя, нарушите закон «Нас много, но мы едины»…»

 

После каждого нашего ответа они были вынуждены менять характер воздействия. Так, ощущение энергетических ударов сначала сменилось потерей физических сил, а потом - возникшим состоянием оцепенения.

Мы, протестуя, сказали: «Мы делаем свое дело, но не идем с воздействием на вас. Таким образом вы нарушаете закон отражения: «Как вверху, так и внизу»…».

В конечном итоге нам удалось выбраться из разрушенного здания, и мы обнаружили, что человек, пытающийся властвовать толпой, наконец, понял, что он не совсем тот, за кого себя принимал, но ничего уже изменить не мог. Вокруг оказалось много разрушенных домов, а у нас возникло весеннее настроение, - наверное, потому, что все было пронизано светом голубого неба…»