ГЛАВА 7. Моисей встречается с Платоном

Мне кажется,  что Пифагор, Сократ и Пла­тон во всем старались следовать ему [Моисею].

Аристобул второй век до н.э.*(Эпиграф: Compagno tablet (a), in Jane Harrison, “Prolegomena to the Study of Greek Religion, 3rd ed. (1922; repr.. New York: Meridian Books, 1955), p.585)

ПОСМОТРИМ, СМОЖЕТЕ ЛИ ВЫ ОТГАДАТЬ, КАК ЗВАЛИ этого иудейского учителя первого века. Он говорил о божественном Слове, которое уподоблял потоку. Он побуждал духовного искателя, которого сравнивал с бе­гуном, напиться из потока' и обещал, что тот, кто сдела­ет это, обретет “вечную жизнь”.² Он говорил о Логосе, или Слове, как о посреднике между Богом и человеком.³ Кто это? Павел? Иоанн? Иисус? Попытайтесь еще раз. Это Филон Александрийский. Он жил во времена Иисуса и верил в реинкарна-цию. Некоторые части Нового Завета кажутся отголо­сками его учений. Его “Слово” звучит как “Слово” Иоанна, которое “было в начале у Бога”.⁴ Его водный поток приводит на память “воду живую”, о которой Иисус говорит в Евангелии от Иоанна, что она течет “в жизнь вечную”.⁵

 Филон (20 г. до н.э. — 50 г. н.э.) сыграл важную роль в уникальном соединении греческой и иудейской фило­софий, что последовало за покорением Александром Ве­ликим Египта и Палестины. Благодаря его произведени­ям мы можем лучше понять параллели между иудаизмом первого века и христианством.

Александрия, родина Филона, — египетский город. Александр основал ее в 332 году до н.э. в дельте Нила при впадении его в Средиземное море. К первому веку до н.э. Александрия была, возможно, крупнейшим горо­дом Средиземноморья. Находясь под властью династии Птолемеев, наследников одного из полководцев Алек­сандра, она привлекала выходцев из Италии, Греции, Среднего Востока, включая и большое число евреев. Она стала финансовым и торговым центром.

Александрийские евреи преуспевали в торговле зер­ном, папирусом, льном и стеклом, благодаря чему город стал величайшим базаром в мире. Птолемеи (четвертый-первый век до н.э). относились к ним с уважением, рим­ляне оказывали им особое покровительство. Богатые александрийские евреи поддерживали Иерусалимский храм.

Во времена Христа в Александрии жило больше ев­реев, чем во всей Иудее. Крупнейшая из александрий­ских синагог, описанная в Талмуде, могла вместить вдвое больше людей, чем Моисей вывел из Египта. В ней находилось семьдесят золотых престолов, “украшен­ных драгоценными камнями и жемчугом”, и была она столь велика, что “нужно было подавать сигнал флагами, когда людям следовало произносить “Аминь”.⁶

За время жизни двух поколений с момента основания Александрии греческий стал основным языком, на кото­ром писали александрийские евреи. В третьем веке до н.э. был сделан перевод на греческий язык “Пятикни­жия” (первые пять книг Библии). На греческом же был записан ранними христианами и Новый Завет.

 

Греческий мистицизм в еврейской среде

 

В течение нескольких веков до рождества Христова греческие идеи преобразили иудаизм. Некоторые ученые, например, заходят столь далеко, что называют иудаизм того времени эллинистической религией, другими сло­вами, религией, находящейся под влиянием греческой культуры на том этапе ее развития.

Может показаться несообразной сама мысль о по­пытках примирить иудаизм, его ревнивого Бога и пла­менных пророков с многобожием и философскими раз­мышлениями греков. Но многие евреи занимались имен­но этим. Исследователи считают, что в действительности ни талмудистский иудаизм, ни христианство не смогли бы развиться без смешения философий, которое нача­лось при Александре и еще активнее продолжилось при римлянах. Как мы увидим, сами отцы церкви брали за основу идеи Филона и других эллинизированных евреев.

Хотя широкие улицы Александрии и были уставлены статуями греческих богов, немногие из образованных людей поклонялись им. И евреи, и греки искали нового религиозного подхода. Они искали аллегории в писани­ях — греки у Гомера, а евреи в “Торе”.

Некоторые евреи обнародовали доселе скрытые ас­пекты иудейского мистицизма и соединили их с грече­ским мистицизмом Пифагора и Платона. По прошествии времени определить, где кончается одно и начинается другое, стало так же трудно, как в пироге отделить яйца от муки.

Еще во втором веке до н.э. Аристобул, духовный предшественник Филона, заявлял о том, что греческие философы выросли на учении Моисея. Аристобул был евреем, происходившим из семьи помазанных священ­нослужителей, и наставником одного из Птолемеев, предков Клеопатры. Он говорил, что Пифагор, Сократ и Платон следовали Моисею, особенно в своих представ­лениях об устройстве мира. Аристобул был знаком и с учением орфиков и утверждал, что Орфей тоже “подражал Моисею”.⁷

 

Святой Филон?

 

Филон, современник Иисуса, наставник отцов церкви и выдающийся мистик пользовался огромным уважени­ем в еврейской общине. Значит, его идеи не могли суще­ственно отличаться от общепринятых. Его семья была одной из самых состоятельных в Александрии, и он, яв­ляясь заметной фигурой, исполнял важные поручения общины

Когда в 39-40 гг. н.э. антисемитские настроения в Александрии вылились в акты насилия по отношению к евреям, Филон был избран главой еврейской делегации, отправившейся в Рим к императору Калигуле с проше­нием о помощи.

Причина, по которой его произведения сохранились до наших дней, заключается в их популярности среди христиан. На протяжении второго-пятого веков отцы церкви, в особенности Климент Александрийский, Ориген и Амвросий, изучали его труды и прививали некото­рые его идеи зарождающемуся христианству. Позднее некоторые христиане пытались утверждать, что Филон был обращен в христианство, а святой Иероним говорил, что он встречался с апостолом Петром во время поездки в Рим.⁸

Историк церкви Евсевий (ок. 260-340 гг.) поведал нам, что “Филон был широко известен как один из вели­чайших ученых”.⁹ Византийские манускрипты часто на­зывают его “епископом”,¹⁰ а некоторые изображают его в расшитом крестами облачении святого.

Филон был мистиком. Он верил, что целью жизни является непосредственное общение с Богом и после­дующий за тем священный союз с Ним. Он и другие, принадлежавшие к его школе, толковали Писания как хроники прохождения духовного пути, в которых гово­рится о том, как душа может освободиться из телесной тюрьмы и вернуться в высший духовный мир, свой род­ной дом.

(Филон Александрийский был учителем и современником Иисуса. Христиане последующих веков почитали его и сберегали написанное им. Этот рисунок сделан с иллюстрации христианской рукописи девято­го века, на которой он изображен как христианин (обратите внима­ние на кресты на его облачении). Филон давал учение и о реинкарнации, и о возможности стать единым с Богом).

Филон использовал аллегорический стиль, придавая скрытый или символический смысл описанию людей и событий Ветхого Завета. Историю Эдемского сада он представлял как отражение духовного поиска, где Адам и Ева символизируют аспекты всякого человеческого существа. Адам представляет разум, а Ева— чувствен­ное восприятие. По словам исследователя Самуила Сэндмела, Филон сознавал, что “нас вряд ли заинтересует какое-либо путешествие, проделанное кем-то давным-давно, разве только духовное путешествие, которое мы тоже можем совершить”.¹¹

По мнению Филона даже непонятные ограничения в пище, предписанные евреям законом, становятся симво­лами духовного пути. Книга “Левит” запрещает упот­ребление в пищу ползающих “крылатых насекомых”, но позволяет есть “тех,.. у которых есть голени выше ног, чтобы скакать ими по земле”. ¹²

Два типа насекомых, согласно Филону, символизи­руют два типа душ. Насекомые, не умеющие “скакать”, — это души, привязанные к Земле. Прыгающие насекомые представляют собой души, "воспаряющие ввысь", принимая "небо вместо земли, а бессмертие вместо разрушения"". Другими словами, прыгающие насекомые предпочтительнее, так как представляют собой души, способные освободиться из заточения смертного тела.

Аллегорические интерпретации такого рода могут показаться нам странным сегодня, но в первом столетии в них не было ничего необычного. Апостол Павел, например, использовал аллегорию в своём "Послании к Галатам", сравнивая жену Авраама Сару и её служанку Агарь с двумя заветами, которые Бог установил со своим народом.

Филон о реинкарнации

 

Реинкарнация входила в систему мировоззрения Филона, и он подробно исследовал её. Он писал: "Те [души], что поддаются желанию смертной жизни, .. снова возвращаются к ней".

Похоже на то, что Филон усвоил образы Платона для описания истории души. Он говорит, что жизнь подобна реке, течение которой увлекает души. Души ангелов ни вступают в этот поток, но являются “служителями и помощниками” Отца. Другие души под­хвачены потоком и поглощены “водоворотом его стре­мительного течения”. Тем не менее они еще способны подняться на поверхность, преодолеть течение и воспа­рить “ввысь, возвращаясь туда, откуда пришли”.'

Здесь мы можем заметить влияние идей Орфея и Платона на мышление Филона. Так он говорит, что ду­ши, освобожденные от тел, это “те, которые были обу­чены возвышенной философии, представляли себе уми­рание от начала до конца, как жизнь тела, имеющую це­лью обретение наследия внетелесной и непреходящей жизни”.¹⁷

Души, которые остаются в потоке, возвращаясь в смертные тела после смерти, — это те, кто пренебрег мудростью и остался привязан к “мертвым останкам, связанным с нами, то есть к телу или к вещам еще более безжизненным, чем оно, таким, как слава, деньги, поло­жение в обществе и почести”¹⁸ Что же влечет души вер­нуться к смертной жизни? Филон утверждает, что привя­занность к вещам плотским и страстное желание обла­дать ими.

А как же те, кто идет по пути к бессмертию, но уми­рает прежде, чем достигает его, — те, кто не настолько хорош, чтобы отправиться на небеса, и не настолько плох, чтобы попасть в ад? Филон предполагает, что им будет позволено испытать следующие жизни, дабы под­готовить себя к освобождению от смертного состояния”. ¹⁹

Если Филон давал учение о перевоплощении душ, можно предположить, что это делали и другие мистики его времени. Вряд ли Филон был одинок в своей работе. Скорее он принадлежал к некой мистической традиции. Сэндмел считает, что аллегорические толкования Филона “столь тщательно разработаны”, потому что создава­лись “на протяжении довольно длительного времени” и были отражением “не одного ума, но многих”.

Филон — не единственный известный нам еврейский мистик, который давал учение о реинкарнации. Учили это­му и каббалисты. Исследователи отмечали сходные черты учения Филона и каббалы. Эрвин Гудинаф, один из знато­ков творчества Филона, выдвигает предположение, что “каббала имеет сходство с его идеями не потому, что пред­ставляет собой учение, выработанное на основе произведе­ний Филона следующими поколениями, но потому, что ос­новывается на великой традиции”, которая возникла, когда впервые смешались еврейская и греческая философии. Тогда можно предположить, что учения каббалистов о пе­ревоплощении душ действительно могли основываться на древнееврейском мистицизме.

 

Оказал ли Филон влияние на Иисуса?

 

Нам известно, что Филон оказал воздействие на раз­витие христианства благодаря своему влиянию на отцов церкви. Но не мог ли он также повлиять и на основате­лей религии?

Большинство современных ученых отвергает мысль о том, что Иисус или Павел читали Филона. Однако они признают: некоторым авторам Нового Завета несомнен­но были знакомы темы, интересовавшие Филона. К ним можно отнести Павла, авторов Посланий Иоанна и “Послания к Евреям” (вероятно, это был не Павел). Фи­лон и создатель “Послания к Евреям”, как пишет иссле­дователь Рональд Нэш, “разделяли общее наследие эл­линистического иудаизма Александрии”. ²

Но Иисус жил не в Александрии, он был в Палестине. И некоторые ученые полагают, что он никогда не поки­дал ее. Была ли философия Филона достоянием лишь Александрии и других мест, где жили рассеявшиеся [среди других народов] евреи, или она достигла и евреев Палестины?

Известно, что Филон поддерживал связи с Палести­ной. Его отец жил там, прежде чем перебрался в Алек­сандрию, а сам Филон совершил по меньшей мере одно паломничество в Иерусалим. Между александрийской и палестинской общинами также существовали крепкие связи. Брат Филона Александр, надзиравший за таможенными сборами в Александрии, жертвовал золото и серебро, которым были облицованы девять врат Иеруса­лимского храма. Он же спас от разорения иудейского царя Ирода Агриппу I (правившего в 37-44 гг. н.э.).

Ученые расходятся во мнении, оценивая степень взаимного влияния евреев Александрии и Палестины. Чаще всего они соглашаются с мнением Мартина Генгеля о “многих возможностях обоюдного влияния” при “тесных связях, существовавших между Александрией и Иерусалимом во втором и первом веках до н.э.”. ³ Эти два города разделяли 315 миль, которые и ворона пере­летит, и трудно поверить, что жившие в них евреи не обменивались мнениями по религиозным вопросам.

По меньшей мере, мы можем рассматривать произве­дения Филона как еще одно доказательство того, что учение о реинкарнации было частью раннего иудаизма, и как один из возможных путей проникновения этого учения в христианство. Если мы выясняем, какие воззрения на перевоплощение душ характерны для Палестины, то можем обратиться к уже рассмотренным свидетельствам (глава 5), указывающим на существование веры в реинкарнацию у фарисеев и ессеев. Обе эти еврейские секты были палестинскими. И Филон тоже писал об ответвле­нии ессеев, названных терапевтами, и разделял их воз­зрения.

Иисус, подобно Филону, мог прийти к вере в перевоплощение душ через мистический иудаизм. Мог он получить эти представления (или утвердиться в них) и из другого источника — с Востока.

 

 

ГЛАВА 8. Дороги в Палестину

 

Брахманы (брамины), остав­ляя тело, подобно рыбам, выпрыгивающим из воды в чистый воздух, зрят солнце.

 

Ипполит, третий век* (Эпиграф: Ипполит, “Опровержение всяческих ересей”, 1.21.)

 

ХРИСТИАНСТВО ЯВЛЯЕТСЯ ЗАПАДНОЙ РЕЛИГИЕЙ, а буддизм — восточной, так нас учили. Но в первом веке, вопреки нашим обычным представлениям, стена между Востоком и Западом не была столь высока. Если Иисус принимал идею перевоплощения душ, она могла прийти от греков или евреев, как мы уже видели, но могла также появиться из Индии.

Во времена, предшествовавшие Христу, существова­ли широкие связи между Западом и Индией. Дорогу туда проложил Александр Великий, вторгнувшись на полу­остров Индостан в 327 году до н.э.; греки тогда впервые встретились в сражении с боевыми слонами.

Завоеванные им земли включали нынешний Пакистан и Индию. Он основал греческие царства в Бактрии (район Афганистана) и Гандхаре близ Кашмира. Греки правили в этих царствах и заселяли их, а также обосновались и в других районах Индии, сохраняя свою культу­ру и язык на протяжении многих веков.

 

Шелк, специи и буддизм

 

Примерно через семьдесят лет после ухода Александ­ра Индия стала посылать своих эмиссаров “завоевывать” Запад различными способами. Это духовное завоевание началось во времена правления Ашоки (ок. 268-239 гг. н.э.), правителя империи, которая включала в свой со­став почти всю современную территорию Индии. После одной особенно кровопролитной битвы Ашоку охватило чувство раскаяния за учиненную им бойню. Он обратил­ся в буддизм и посвятил свою жизнь распространению этого вероучения.

Ашока посылал буддийских миссионеров по всей Индии, в Сирию, Египет и Грецию. Повсюду в своей им­перии он повелел высекать на камнях положения буд­дизма. До настоящего времени сохранилось более три­дцати таких надписей на колоннах, камнях и стенах пе­щер. Каменный указ № XIII поведал нам о том, что мис­сионеры были посланы в Александрию к царю Птолемею Филадельфу, сыну одного из полководцев Александра Великого. Другой эдикт, написанный на греческом и арамейском языках, найден близ Кандагара в Афганиста­не.² Здесь он должен был служить обращению в буддизм греческих колонистов.

Несмотря на то, что Запад не сохранил никаких письменных свидетельств о визитах буддийских монахов, нам известно, что связи греческого мира и Индии поддержи­вались, главным образом, с целью торговли. Цари дина­стии Птолемеев открыли морской путь из Александрии в Индию и обменивались посольствами с наследниками Ашоки. Жители Александрии также могли иметь торго­вые связи с греками, обращенными в буддизм.³

Во втором веке до н.э. греческие колонисты Алексан­дра Великого захватили Пенджаб (нынешний Пакистан и северо-запад Индии). И хотя их греко-бактрийская куль­тура оставила заметный след в индийском искусстве и архитектуре, побежденные также оказали влияние на победителей — многие греки обратились в буддизм.

Менандр, греческий царь, правивший территорией от Афганистана до центральной Индии во втором веке до н.э., был обращенным. Индусы звали его Милинда, и ему приписывается беседа с буддийским мудрецом Нагасеной, которая легла в основу важного буддийского текста “Вопросы Милинды”. В первом веке до н.э. греческий правитель Феодор построил буддийскую ступу в Паки­стане.⁴

“Перекрестное опыление” культур могло также за­тронуть и греко-римский мир, например, когда греческие правители стали принимать участие в торговле с Алек­сандрией, посылая суда, груженые специями и драгоцен­ными камнями из западной Индии в египетские порты на Красном море. Торговые дела приводили индийских купцов в Александрию. Историки поведали нам, что около 270 года жители Александрии могли наблюдать процессию “индийских женщин, индийских собак и... белых индийских коров”.⁵

Наряду с предметами торговли купцы должны были принести хоть что-нибудь из своей философии, о кото­рой могли беседовать с иудейскими купцами, также преуспевавшими в торговле. “Нетрудно представить, как буддийские и иудейские купцы, рассевшись вокруг стола в многонациональной Александрии первого века, во времена Филона, — пишет Роджер Каменец в книге “Драгоценность в Лотосе”, — обменивались [не только] образцами товаров, но и мыслями и идеями присущими их религиям, такими, как перевоплощение”.

Римляне также установили дипломатические связи с Индией. Во времена правления Августа (27 г. до н.э. — 14 г. н.э.) в Антиохию приехали послы из Индии в со­провождении “гимнософистов”, или йогов.⁷

К этому времени в Риме возник огромный спрос на шелк, который ценился настолько высоко, что лишь правители, подобно Клеопатре, могли позволить себе полное облачение из шелка. Для богатых людей он стал символом занимаемого ими положения, они расшивали одежду из хлопка маленькими квадратиками или кру­жочками из шелка.

Торговля шла на протяжении всего Шелкового Пу­ти — караванного маршрута, который пролегал от Антиохии на северо-востоке Средиземноморья через Ирак, Иран и Афганистан до Китая, где шелк производился. Другие дороги, связанные с торговлей специями, раз­ветвлялись у Кашмира и шли на юг, в Индию.

Индийские специи доставлялись по большей части морем и также пользовались спросом у римлян. К 24 го­ду до н.э. 120 судов ежегодно совершали плавание из Александрии в Индию. Римская империя тогда тратила приблизительно сто миллионов сестерций в год на пред­меты восточной роскоши.

Вместе с шелком и специями пришли и индийские идеи. В Александрии первого века как Филон,⁸ так и Ио­сиф⁹ Флавий описали пришедшие из Индии идеи, ка­сающиеся бессмертия души. Христианский теолог Иппо­лит представил подробное описание обычаев и верова­ний индийских йогов и браминов.¹⁰ Отец церкви Кли­мент Александрийский (второй век) назвал “гимнософистов Индии” философами, утверждая, что их прак­тики подобны практикам энкратитов — христианской секты, проповедовавшей аскетизм. Он также упомянул, что среди индусов есть такие, кто “следует учению Буд­ды”.'

Далее Климент сообщил о том, что брамины верят в реинкарнацию, и указал источник этой информации — римского историка Александра Полистора. Если Полистор и другие авторы того же периода писали о верова­ниях индусов в перевоплощение души, значит эта ин­формация была доступна и во времена Иисуса.

Итак, существует несколько возможных путей проникновения индийских представлений о реинкарнации в Римскую империю, а следовательно, и в Палестину. Но Иисус мог познакомиться с ними и другим способом: посетив Индию.

Утерянные годы Иисуса

 

Библия умалчивает о том, что делал Иисус с двена­дцати лет и до тридцати. Но в Индии, Кашмире и Тибете издавна существуют предания о том, что годы своего от­рочества и юности Иисус провел в Индии. Об этом рас­сказано в древней тибетской рукописи.

В ней говорится о том, что Иисус отправился с купе­ческим караваном по Шелковому Пути в Индию, где изучил индуизм и буддизм, вступил в конфликт с брами­нами и зороастрийскими жрецами и был почитаем в на­роде как святой Исса. В моей книге “Утерянные годы Иисуса” опубликованы три сделанных в разное время перевода этой рукописи, которая была найдена в буддий­ском монастыре в Ладаке — крошечной индийской про­винции на западе Тибета.

В мысли о том, что Иисус бывал в Индии, нет ничего невероятного, как может показаться на первый взгляд. В те времена купцы регулярно отправлялись в подобные путешествия. В биографии греческого мудреца и чудо­творца первого века Аполлония Тианского говорится, что он ходил в Индию набраться знаний у браминов. Эта биография содержит запись продолжительной беседы Аполлония с индийским мудрецом о переселении душ.

Если Иисус действительно посетил Индию, он не мог не познакомиться с идеей реинкарнации. Один из переводов манускрипта и в самом деле содержит упо­минание о том, что Иисус говорил о перевоплощении души.

Текст был обнаружен в 1887 году русским журнали­стом Николаем Нотовичем. Позднее два других человека сделали то же открытие— в 1922 году индийский учи­тель Свами Абхедананда, а в 1925 году русский ученый и художник Николай Рерих. Каждый из них сделал свой, независимый перевод текста.

Нотович нашел этот манускрипт в Химисе, самом большом и хорошо известном монастыре Ладака. Лама-настоятель читал ему на тибетском [отрывки] из “двух больших переплетенных фолиантов с пожелтевшими от времени страницами”.¹⁴ Лама сказал, что его список тек­ста на тибетском языке является переводом с пали, язы­ка, на котором составлялись буддийские писания начи­ная с пятого века до н.э. Он поведал Нотовичу, что руко­пись на пали пришла из Индии через Непал и находилась в Лхасе, столице Тибета.

Эти сведения совпадают с тем, что нам известно об истории буддизма. После окончания земной миссии Гаутамы Будды в пятом веке до н.э. его учение распростра­нилось на север — в Непал, Тибет, Китай и Японию, где сохранились оригиналы буддийских текстов. Когда му­сульмане вторглись в Индию в двенадцатом веке, многие древние буддийские манускрипты были уничтожены. Но Тибет сберег учения, утраченные для остального буддий­ского мира. Значит, рукопись на тибетском, находящаяся в Химисе, могла быть достоверным буддийским текстом, сохранившимся в Тибете, хотя и забытым в своей род­ной стране.

Нотович записывал отрывки из этих книг по мере то­го, как толмач переводил то, что лама читал им вслух Журналист   говорил,   что  текст   был   написан “буддийскими историками”.¹⁵ В самом же тексте сказано, что он частично основывается на рассказах “торго­вых людей, ездивших в страну Израиля”.¹⁶

Несмотря на то, что три независимых перевода удостоверяют существование тибетского манускрипта, уче­ные отказываются принять во внимание этот текст, пока не увидят самого документа. Но до сих пор никому не удалось добыть его.

Спустя год после своего открытия Нотович побывал в Риме, где показал перевод рукописи некоему кардина­лу, имени которого не упомянул. Кардинал сказал ему, что для римско-католической церкви в тексте нет ничего нового и что “в библиотеке Ватикана хранятся шестьде­сят три полных или неполных рукописи”, касающихся деятельности Иисуса на Востоке, которые были привезе­ны в Рим миссионерами-христианами. По словам карди­нала они были доставлены “из Индии, Китая, Египта и Аравии”¹⁷

После выхода в свет моей книги в 1984 году некото­рые ученые и просто заинтересованные этим вопросом люди пытались достать копии манускрипта, даже обра­щались за помощью к Далай-ламе, живущему в эмигра­ции, в его штаб-квартиру в Дхармсале в Индии. Но до сих пор не поступило известий о том, что какому-либо представителю Запада удалось увидеть эту рукопись. Ес­ли списки находились в Лхасе, они могли быть уничто­жены во время китайского вторжения в 1950 году и за­прещения буддизма. Найдется ли манускрипт или нет, переводы из него тем не менее предполагают существо­вание еще одного пути, которым идея реинкарнации могла проникнуть в христианство. Давайте поближе познакомимся с тем, что говорится в древнем манускрипте о деятельности Иисуса и полученных им знаниях.

Иисус в Индии

 

Вот как представлена хронология путешествий Иису­са в химисском манускрипте. В возрасте тринадцати лет он направился в Синд (район, находящийся в на юго-востоке современного Пакистана, в низовьях долины Инда), чтобы совершенствоваться в Божественном Сло­ве и изучить законы великих Будд¹

Его духовная сила уже была замечена, и молва о нем распространилась по всему северному Синду, где “белые жрецы Брахмы оказали ему радушный прием”.

У этих служителей индуизма он обучался “читать и толковать Веды” — древние писания Востока — и разъ­яснять их народу. А еще он научился творить чудеса: “исцелять молитвами... и изгонять злых духов из тел человеков”.²⁰ За шесть лет, с четырнадцати до двадцати, Иисус побывал в Джаггернауте, Раджагрихе, Бенаресе и других священных городах, — так рассказывается в тек­сте.

Не было неожиданностью, что у Иисуса появились противники. Когда он начал настаивать на обучении пи­саниям людей из низших каст — вайшьев (земледельцев и торговцев) и шудр (крестьян и ремесленников), — священнослужители решили убить его. Иисуса преду­предили об этом, и он ушел в предгорья Гималаев, туда, где за более чем пять сотен лет до него родился Гаутама Будда — основоположник буддизма.

Следующие шесть лет, согласно тексту, Иисус провел в Непале. Он освоил язык пали и стал “превосходным толкователем священных писаний” буддизма. Где-то между двадцатью семью и двадцатью девятью годами он покинул Гималаи и отправился на запад, проповедуя по пути. В тексте говорится, что Иисус вернулся в Палести­ну в возрасте двадцати девяти лет, и дается краткое опи­сание его трехгодичного пастырства.

Однако, в отличие от четырех Евангелий, тибетская рукопись обвиняет в распятии Иисуса римлян, а не евре­ев. Сегодня ученые полагают, что эта версия происшед­ших событий более достоверна и что скорее всего рим­ляне были теми, кто принял решение казнить Иисуса. Таким образом, возникает предположение, что авторы химисского манускрипта, возможно, имели доступ к от­личному от изложенного в Евангелиях преданию о жиз­ни Иисуса. Но кто же авторы манускрипта? Были ли они действительно буддийскими историками, получившими свидетельства очевидцев распятия? Трудно сказать. Похоже на то, что текст написан с позиций буддизма, в пользу этого говорит присутствие в нескольких его местах кри­тики индуизма.

Манускрипт мог быть написан буддистами. Пли мог подвергнуться их редакции, будучи написан кем-то еще, может быть, раннехристианскими проповедниками или купцами, вернувшимися из Александрии. Но кто бы его ни написал, текст дает дополнительную информацию для наших исследований в области реинкарнации и христи­анства.

Исса и реинкарнация

 

Рукопись повествует о том, что Иисус в течение двенадцати лет изучал индуизм и буддизм, и можно предположить, что творить чудеса он научился у индийских мудре­цов. Если это так, то он, несомненно, был знаком с идеей реинкарнации, которая является сердцевиной обеих рели­гий.

Химисский манускрипт сам по себе ничего не гово­рит о реинкарнации. Но Николай Рерих, русский ученый и художник, опубликовавший рукопись, поразительно похожую на найденную в Химисе, также приводит цита­ты из другого манускрипта.

В нем затронута идея реинкарнации в связи с вопро­сом о том, почему люди рождаются разными. Контекст близок истории о слепорожденном из Евангелия от Ио­анна, где ученики спрашивают, что натворил человек, если ему пришлось родиться слепым. В рукописи Рериха Иисус спрашивает, почему некоторые люди рождаются с певческим талантом. Ниже следует отрывок из рериховского путевого дневника — книги “Гималаи”, в которой описана эта история:

“Сказал Иисус об искусных певцах: “Откуда их та­ланты и эта сила? За одну короткую жизнь, конечно, они не могли накопить и качество голоса, и знание законов созвучий. Чудеса ли это? Нет, ибо все вещи происходят от естественных законов. Многие тысячи лет назад эти люди уже складывали свою гармонию и качества. И они приходят опять еще учиться от всяких проявлений”.

Этот текст несомненно утверждает перевоплощение души: “Они приходят опять”. Даже если отрывок не пе­редает точных слов Иисуса, он доносит дух его учения. И именно этот дух наполняет химисский манускрипт.

Во всех этих текстах Иисус изображен человеком, кото­рый учится, проходит духовную подготовку и тем самым продвигается к богобытию. Рисуя его и учеником, и Учите­лем, эти тексты утверждают, что Иисус хотел, чтобы мы следовали по его стопам и, подобно ему, становились Сы­нами Божьими. (Более подробно об этом в части 4).

Иисус — ученик и Учитель

 

Возможно, в Ватикане действительно хранится копия названного химисского манускрипта или других мануск­риптов, повествующих о том же. Если так, почему же этот материал не доступен широкой публике? Он может дать нам подсказку. Он говорит, что Иисус не родился полностью божественным, а был выдающимся человече­ским существом, трудился ради приобретения знаний и духовного продвижения, как это делаем и мы. Если он прошел процесс обучения и роста, то и для нас открыта дверь, мы можем последовать за ним и, наконец, прийти к нему и отождествиться с ним, как с братом.

Признав, что Иисус непременно должен был учиться, мы не умаляем его величия. Но это поистине повышает наше понимание духовного пути, который мы можем сделать своим. Мы можем последовать по стопам Иису­са, необязательно в Гималаи, но к сердцу Отца, если, по­добно ему, будем “совершенствоваться в Божественном Слове”.

Имея представление о том, чем занимался Иисус в юности, мы можем сегодня обрести цель и направление. Подросток вы или юноша, собираетесь ли жениться и обзавестись детьми, переходите ли на другую работу или уходите на пенсию, — мысль, что вы можете, подобно Иисусу, начать процесс продвижения к богобытию, будет вам на пользу. Вы тоже способны научиться “делать дела Пославшего” вас²³

Это и есть самая важная мысль, которую мы извлекли из преданий о жизни Иисуса в Индии. Подтверждение ей мы находим в еще одном отрывке из манускрипта, процитированном Николаем Рерихом. Даже если эти слова не являются точными словами Иисуса, они, несомненно, вдохновлены им: “Иисус повторял: “Я пришел показать человеческие возможности. Творимое мною все люди могут творить. И то, что я есть, все люди будут. Эти да­ры принадлежат всем народам всех стран — это вода и хлеб жизни”.²⁴

Мы все можем воспрянуть духом, ибо унаследовали универсальный путь к спасению, который открывает нам это высказывание. Слова Иисуса: “То, что Я есть, все люди будут”, — подразумевают: вы можете быть подоб­ными мне.

Мы увидим, что эта весть повторяется, когда иссле­дуем писания гностиков, заявлявших, что им известны тайные учения Иисуса. Но сначала давайте внимательно рассмотрим, что говорит Новый Завет о карме и реинкарнации и как они влияют на наше понимание христи­анства и нашу собственную духовную судьбу.

 

ГЛАВА 9. Учение Иисуса о реинкарнации

 

Я могу найти идеи реинкарнации в Библии, и вы, вчитавшись, сможете узнать о них.

 

Эдгар Кейси* (Эпиграф: Noel Langley, “Edgar Cayce on Reincarnation”, (New York, Wamer Books, 1967), p. 169)

 

В НЕКОТОРЫХ ОТРЫВКАХ ИЗ НОВОГО завета КОСВЕННО выражена идея реинкарнации. Другие, кажется, со­держат противоположное мнение — что у нас есть всего лишь одна жизнь. Еще более запутывая дело, многие ученые полагают, что в стихах, где подразумевается пе­ревоплощение душ, представлены взгляды авторов Еван­гелий, а не учения Иисуса.

Главным пунктом споров о том, дается ли в Новом Завете учение о перевоплощении душ или нет, стали от­рывки, в которых сказано, что Иоанн Креститель был вновь пришедшим пророком Илией. Несмотря на то, что об этом говорится в трех Евангелиях, толкование с по­зиций реинкарнации церковью отвергнуто.

Давайте воссоздадим обстановку того времени: среди евреев во времена Иисуса бытовало верование, что Илия вернется как предтеча Мессии и судного дня. В послед­ней книге Ветхого Завета пророк Малахия сказал, что Бог направит посланника “приготовить путь”. Тогда, по­сле его появления. Бог придет “к вам для суда”. В за­ключительных стихах “Книги Пророка Малахии” сказа­но о наступлении “дня Господня, великого и страшно­го”. И когда Бог пошлет “Илию пророка”, люди узнают, что близок тот день. '

Существовало две версии возвращения Илии. Пер­вая — он должен вновь явиться в небесном, или духов­ном, теле. (Предполагалось, что его земное тело было полностью трансформировано, когда он унесся в огнен­ной колеснице за девять сотен лет до этого). В иудей­ском мистицизме и фольклоре обычно описывалось яв­ление Илии в духовном теле, поэтому люди, естественно, могли ожидать, что предсказанное возвращение также произойдет в теле духовном.

Но некоторым возвращение Илии виделось иначе — посредством перевоплощения. И именно этот взгляд отражают Евангелия. Матфей, Марк и Лука рассказывают нам о том, что, как только Иисус начал проповедовать, возникли домыслы, не является ли он воплощением Илии, или Иеремии, или “одного из пророков”.²

В Евангелиях неоднократно говорится, что люди задавались вопросом: был или не был Иоанн Илией. Этот вопрос поднимается трижды. В первом случае, когда Ио­анн проповедует в пустыне, а первосвященники и левиты приходят, чтобы допросить его. Тогда он категорически отрицает, что является Илией, но называет себя гласом “вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу”.³

Евреи времен Иисуса в большинстве своем верили, что этот “глас”, названный в “Книге Пророка Малахии” Илией, и был предтечей Мессии. Если подобная беседа действительно состоялась, возможно Иоанн по весьма определенной причине дал уклончивый ответ, отрицая, что является Илией, дабы избежать возможных пресле­дований со стороны духовных и политических вла­стей, — которыми он впоследствии был обезглавлен, — но тем не менее в завуалированной форме подтверждая это, дабы успокоить своих последователей.

 

“Илия пришел”

 

В двух других случаях, когда возникает вопрос об Илии, сам Иисус объявляет о том, что Иоанн является вновь при­шедшим Илией. В первый раз Иисус принародно отдает дань почтения заключенному в темницу Иоанну. Он гово­рит: “...все пророки и закон прорекли до Иоанна. И если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти”.⁴

Более важное из двух откровений приходит после смерти Иоанна Крестителя, во время преображения [Иисуса]. Сценой служит “гора высокая”, куда Иисус приводит Петра, Иакова и Иоанна. Когда Иисус преоб­ражается, его лицо сияет и одежды становятся “блистаю­щими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить”.⁵ Затем появляются Илия и Моисей, дабы побеседовать с Иисусом. Внезапно они исчезают, и ученики видят, что нет никого, кроме Иисуса.

Спускаясь с горы, ученики спрашивают его: “Как же книжники говорят, что Илии надлежит придти прежде?”⁶ Другими словами: “Если Илии надлежало прийти преж­де как пророку, чтобы приготовить пути для твоего пришествия, почему же он является нам с небес в своем духовном теле? Что он делает на небесах, когда мы еще не видели его на земле?”

По утверждению Марка Иисус отвечает: “...правда, Илия должен придти прежде и устроить все... Но говорю вам, что и Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем”. Матфей приводит ту же историю, но до­бавляет к своему рассказу о преображении: “Тогда ученики поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе”.

(Имел ли Иисус в “иду реинкарнацию, когда говорил, что Иоанн Креститель -это Илия, пришедший вновь? Согласно Ветхому Завету, Илия, взятий на небеса в огненной колесни­це где-то за 900 лет до рождества Христова, должен был вернуться как предтеча Мессии. Учение и христианские теологи отказываются делать вывод из утверждений, что Ио­анн был воплощением Илии, о том, что Иисус давал учение о реинкарна­ции. Тем не менее, они, наконец, согласились, что авторы Евангелий верили в нее).

Авторы Евангелий стараются показать, что Иоанн действительно был воплощением Илии и что он испол­нил предсказанную ему пророчеством роль посланника ГОСПОДНЯ и подготовителя пути. Ученики должны были понять, что слова “поступили с ним, как хотели” отно­сятся к казни Иоанна. Царь Ирод Антиппа повелел обез­главить Иоанна за то, что тот порицал брак царя с женой собственного брата.

Казалось бы, после этих трех подтверждений трудно отрицать, что Иисус давал учение о реинкарнации, — хотя бы в отношении Илии. Но существуют еще два тол­кования отрывков, касающихся этого пророка. Согласно первому, которого придерживаются главным образом христианские теологи, эти отрывки представляют истин­ные слова Иисуса, но в них нет и намека на доктрину реинкарнации. Согласно второму мнению, которое разде­ляет большинство современных ученых, Иисус не делал тех утверждений об Илии, которые ему приписывают; вероятнее всего, они были вставлены в Евангелия впоследствии, чтобы доказать мессианство Иисуса, а потому их нельзя использовать как доказательство, что Иисус учил перевоплощению душ.

Давайте сначала рассмотрим аргументацию теологов. Они настаивают на том, что Иисус и не думал намекать на реинкарнацию пророка, хотя называл Иоанна Илией, “которому должно придти”. Илия был единственным в своем роде, потому что умер не обычным образом, а унесся на небеса в колеснице. И потому его тело отлича­лось от тел других людей.

Доктор Роберт Морей в своей книге “Реинкарнация и христианство” выступает в поддержку стандартной христианской точки зрения: поскольку Илия никогда не умирал, появившись на Горе Преображения, он продемонстрировал, что “все еще жив и находится в своем изначальном теле”.⁹ (Роберт Морей не упоминает о том, в каком теле пришел Моисей!)

Морей отвергает и другую вероятность — появление Илии в духовном теле. Именно к такому заключению мог бы прийти человек, знакомый с иудейским мисти­цизмом. (Преображение имеет ряд сходных черт с виде­ниями мистиков Меркавы, как мы увидим из главы 23). Эти мистики, как позднее и каббалисты, считали обоже­ствленными существами и Еноха (чье вознесение похо­дило на вознесение Илии), и Моисея. Их тела претерпели превращение из недолговечных, смертных тел в духов­ные — “тела небесные”,¹⁰ как их описывает Павел.

Представление о том, что Иоанн был воплощением Илии, могло быть с легкостью воспринято евреями, ве­рившими в перевоплощение душ. А поскольку на тот момент Иоанн был мертв, его душа могла появиться во время преображения в духовном теле как Илия.

Когда Морей пытается убедить нас в том, что Илия все еще пребывал в своем девятисотлетнем физическом теле, он игнорирует ясное утверждение, данное в Еван­гелии: “Илия пришел, и поступили с ним, как хотели”. Очевидно, что здесь авторы имели в виду перевоплоще­ние.

Многие ученые считают, что Иисус не делал утвер­ждений относительно воплощения Илии в Иоанне. Они убеждены, что это — вставки авторов Евангелий. Выска­зывая мнение, принятое многими исследователями, ка­толический богослов двадцатого века Ганс Кюнг гово­рит, что отрывки об Илии являются “народными преда­ниями, проникшими в Евангелие”." Более двухсот уме­ренно настроенных и либеральных ученых, собиравших­ся на семинар, посвященный Иисусу, рассматривают эти отрывки как изобретение тех, кто стремился доказать, что Иоанн Креститель был предсказанным пророчеством предтечей Иисуса — Мессии¹²

Правы ученые или нет, их аргументы не опровергают того, что христиане, писавшие Евангелия в конце перво­го века, верили в реинкарнацию. И нам известно, что по крайней мере некоторые из христиан пытались исполь­зовать эти отрывки, доказывая перевоплощение души.¹³

Если вера в реинкарнацию действительно имела ме­сто в раннем христианстве, не исходила ли она от самого Иисуса? Когда мы пойдем по следам этого верования к истокам христианского гностицизма (главы 12 и 13), а затем соотнесем его с иудейским мистицизмом (главы 22 и 23), ответ, возможно, станет ясен.

Давайте рассмотрим историю о слепорожденном, описанную в Евангелии от Иоанна, как еще одно свидетельство существования в раннем христианстве веры в реинкарнацию.

 

“Кто согрешил?”

 

Иисус проходит мимо человека, “слепого от рожде­ния”. Ученики спрашивают: “Равви! кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?” Иисус отвечает:

“Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божий”. Иисус делает “брение” из слюны и дорожной пыли, мажет им глаза слепого и велит ему: “Умойся в купальне Силоам”.¹⁴ Че­ловек возвращается прозревшим.

Наиболее важная фраза в этом отрывке— вопрос учеников: “Кто согрешил, он или родители его, что ро­дился слепым?” Ученики предлагали два возможных объяснения тому, отчего люди рождаются разными. По­следнее было общепринято в иудаизме: дети страдают за проступки родителей. Разве не сказал Господь, давая Моисею десять заповедей, что накажет детей за грехи родителей?¹⁵

Но как быть с первым объяснением, предложенным учениками, — человек страдал за свои собственные гре­хи? Включив его в повествование, автор Евангелия от Иоанна дает понять, что воспринимает реинкарнацию как закономерное объяснение того, почему люди рож­даются разными. Он не принял бы во внимание вопроса, являются ли грехи человека причиной врожденной сле­поты, если бы не верил, что у того были прошлые жиз­ни, в которых он мог согрешить.

Изображенный Иоанном Иисус даже не вступает в спор о реинкарнации, что сделал бы, если бы не прини­мал ее. Вместо этого Иисус выходит за пределы умозак­лючений своих слушателей и выводит их на новый уро­вень понимания. “Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божий”. Ав­тор этого Евангелия показывал, что слепота не была свя­зана с его прошлыми поступками, но явилась добро­вольным откликом его души на призыв Бога. Он согла­сился терпеть слепоту, пока не встретит пророка, который восстановит его зрение.

Прежде чем мы закончим историю о слепорожден­ном, давайте рассмотрим те противоречивые вопросы о реинкарнации, которые она ставит: виновны ли в своем несчастье люди, которые рождаются с какого-либо рода физическими и умственными недостатками? Во многих случаях ответ положительный. Их действия в предыду­щих жизнях могут привести к тому, что, родившись вновь, они испытают ограничения и извлекут из этого урок. И действительно, ограничение может способство­вать росту души. Различные потребности души опреде­ляют, рождаются люди богатыми или бедными, добры их родители или жестоки.

Но смотреть на людей свысока из-за их несчастий или увечий является ошибкой. Слишком просто гово­рить: “Должно быть, они совершили что-то такое, что заслуживают этого”. И хотя знание о перевоплощении души может оказать нам помощь в понимании собствен­ного страдания и страданий других людей, не следует претендовать на то, что это позволяет нам измерять глу­бины личной кармической истории кого бы то ни было.

Дело в том, что увечье может вовсе не быть кармическим, но представлять собой состояние, которое душа — как тот слепой — согласилась стойко вынести с целью обучения людей или воодушевления их своим примером. Бедняки и неудачники могут быть необъявленными свя­тыми, несущими на себе грехи мира.

История о человеке, родившемся слепым, показыва­ет, что в первом веке вера в перевоплощение души была частью христианских представлений. Но как же быть с теми отрывками из Нового Завета, которые, вроде бы, отрицают реинкарнацию?

“Ныне же будешь со Мною в раю”

 

Есть стихи Библии, в которых дается понять, что по­сле смерти мы направляемся прямо в рай, либо в ад. “У человека есть лишь одна жизнь на земле, в которой он должен заслужить свою вечную судьбу”, — объявляет “Новая католическая энциклопедия” и ссылается на два эпизода из Нового Завета.¹⁶

Первый из них описан в Евангелии от Луки: Иисус находится на кресте. Рядом с ним распяты два преступ­ника. Один глумится над Иисусом. Другой защищает, говоря: “Он ничего худого не сделал”. Затем второй пре­ступник просит Иисуса об одолжении: “Помяни меня,.. когда приидешь в Царствие Твое”. “Истинно говорю те­бе, — отвечает Иисус, — ныне же будешь со Мною в раю”.¹⁷

Другой отрывок из Евангелия от Луки— притча о богаче и человеке по имени Лазарь — дает весьма жи­вую картину рая и ада. В ней рассказывается о богаче, который “каждый день пиршествовал блистательно”, и бедняке по имени Лазарь — настолько жалком, что со­баки “лизали струпья его”, — который “желал напитать­ся крошками, падающими со стола богача”. Когда оба они умерли, бедняк “отнесен был Ангелами на лоно Авраамово”, в то время как богач отправлен мучиться в аду¹⁸

Когда богач обратился к Аврааму с просьбой при­слать ему Лазаря на помощь, Авраам сказал в ответ, что нет прохода из рая в ад: “...между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсю­да к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят”.¹⁹

Хотя у меня и возникают сомнения в том, что Иисус в действительности рассказывал эту притчу, ни один из этих отрывков не отрицает реинкарнации. Они просто констатируют: есть хорошее место — рай и плохое ме­сто — ад, куда души могут быть отправлены после смер­ти.

Кроме того, до возникновения христианства и рай, и ад обычно рассматривались как переходные состояния между воплощениями на земле. Представление о рае и аде является греческой концепцией. И Лука, как и другие евреи времен Иисуса, усвоил представления греков о рае, аде и суде, ожидающих нас после смерти.

Таким образом, слова Иисуса, сказанные второму разбойнику, означают, как я полагаю, лишь то, что он будет препровожден в небесный мир. А это не отрицает возможности его последующего нового рождения на Земле. Получение доступа в одну из небесных сфер само по себе не гарантирует, что душа останется там навечно.

Прежде чем закончить обсуждение этих двух отрыв­ков, позвольте мне заметить, что на семинаре, посвя­щенном Иисусу, было поставлено под сомнение, расска­зывал ли Иисус историю Лазаря и говорил ли он на кре­сте.²⁰ Неважно, отражены ли в этих отрывках истинные слова Иисуса, сейчас нам достаточно того, что они, во-первых, не доказывают отрицания реинкарнации Новым Заветом, а во-вторых, так и не превосходят по своему значению те, в которых она подразумевается.

“Умереть однажды”

 

Отрывок, на который чаще всего ссылаются как на доказательство отрицания Библией идеи реинкарнации, содержится в “Послании к Евреям” (9:27, 28): “И как че­ловекам положено однажды умереть, а потом суд, так и Христос, однажды принесши себя в жертву, чтобы при­нять на себя грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для того, чтобы наградить спасением тех, кто ожидает Его”.(Цитата дается с изменениями согласно Иерусалимской Библии (англ). (прим. пер.))

Католический катехизис приводит эту цитату как оп­ровержение идеи реинкарнации. “Когда завершен един­ственный путь нашей земной жизни, мы не вернемся к другим жизням на Земле; “человекам положено однажды умереть”. После смерти нет никакого “перевоплощения души”.²¹

Следует обратить внимание на контекст отрывка “однажды умереть”. Автор “Послания к Евреям” не де­лает попыток отрицать реинкарнацию. Он скорее объяс­няет, что повторяющиеся кровавые жертвоприношения животных были частью старого завета, установленного Моисеем, но не требуются новым заветом, установлен­ным Иисусом. По старому завету священники Израиля должны были совершать много жертвоприношений, ис­пользуя кровь животных. А по новому завету с Богом Иисус пролил свою собственную кровь — жертва, кото­рая требуется всего лишь один раз.

Что же имеет в виду автор, говоря: “И как человекам положено однажды умереть”? Самое простое объяснение состоит в том, что он ссылается на тот факт, что наши смертные тела .умирают лишь один раз. Человеческое тело действительно дается на одну жизнь. Никто этого не оспаривал, за исключением христиан, которые верят в воскресение во плоти.

Слова “а потом суд”²² могут относиться к просмотру жизни, подобному тем, которые описываются в пережи­ваниях предсмертных состояний. Но и суд по окончании жизни не исключает возможности возвращения души на Землю в другом смертном теле, ибо в этом отрывке не сказано: “Человеку назначено жить один раз”.

Другое возможное толкование: автор “Послания к Евреям” имел в виду мистическое значение фразы “однажды умереть”. Это пришло на ум и христианам, верившим в перевоплощение душ, еще в семнадцатом веке.

В 1684 году в Лондоне Франциск Меркурий ван Хельмонт опубликовал книгу под названием “Двести во­просов, доступных для обсуждения, относительно уче­ния о возвращении человеческих душ и его соответствие христианским истинам”. Если “однажды умереть” сле­довало бы воспринимать буквально, как это “обычно воспринимается”, — говорит автор, — что же тогда ска­зать о людях, восставших из мертвых, таких, как Лазарь и дочь Иаира? Разве они не умерли снова вследствие ес­тественного процесса жизни, а значит умерли дважды? Затем он спрашивает: “Не должны ли эти слова иметь другого, более глубокого и менее очевидного смысла?”²³

Вот один из “менее очевидных смыслов”: то, что умирает однажды и только однажды, это “плотский ум”, как называет Павел человеческое эго. Он пишет в “Послании к Римлянам”: “Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир”. Плот­ский ум “о плотском помышляет”.²⁴ Здесь говорится о той части каждого из нас, которая должна умереть, дабы мы смогли “облечься в бессмертие”.

Когда-нибудь, где-нибудь для того, чтобы достичь вечной жизни, мы должны будем окончательно и беспо­воротно сразить плотский ум. Это случится не сразу. Па­вел сказал: “Я каждый день умираю”.²⁵ Нереальное “я” умирает ежедневно, понемногу, пока, наконец, не умрет. И мы ежедневно понемногу облачаемся в бессмертие. Обретение бессмертия, как и смерть эго, представляет собой процесс, и пока он не завершен, мы продолжаем воплощаться, а по завершении каждой жизни бываем судимы (хотя и не последним судом).

Но когда мы облечемся в бессмертие, настанет конец нашим жизням здесь и смертям. Павел писал:

“Когда же тленное сие облечется в нетление и смерт­ное сие облечется в бессмертие, тогда сбудется слово на­писанное: “поглощена смерть победою”.

“Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?”

Как мы увидим в последующих главах, посвященных воскресению, в этом отрывке говорится о бессмертии души, а не тела.

Итак, что можно сказать по вопросу реинкарнации после нашего экскурса в Новый Завет? Мне думается, он привел к подтверждению моей веры в то, что Иисус да­вал учение о реинкарнации. Во-первых, нет никаких сви­детельств — ни в Евангелиях, ни в писаниях апостолов, ни в “Откровении”, ни в гностических текстах — того, что Иисус отрицал перевоплощение души. Во-вторых, реинкарнация явно упоминается в Новом Завете, а зна­чит, эта идея занимала видное место в некоторых формах раннего христианства. В-третьих, она подразумевается и в Ветхом, и в Новом Заветах, как мы увидим из следую­щей главы.

 

ГЛАВА 10. Карма подразумевает реинкарнацию

 

Я ГОСПОДЬ, Бог твой, Бог ревнитель, за вину отцов нака­зывающий детей до третьего и четвертого рода.

 

Втор. 5:9

 

ВЕТХИЙ ЗАВЕТ ВЫЗЫВАЕТ В ПАМЯТИ ОБРАЗЫ БОГА льющего дожди возмездия по собственному произволу на своих злополучных почита­телей.

Вот Моисей возвращается с горы Синай со скрижа­лями Закона в руках и видит, что люди поклоняются зо­лотому тельцу, сделанному для них его братом Аароном. Во гневе он разбивает скрижали Закона, полученного от Бога.

Господь говорит Моисею: “Я вижу народ сей, и вот, народ он— жестоковыйный”¹ Далее Он сообщает, что истребит израильтян за нарушение завета с Ним. Но Моисей молит о пощаде, и народ помилован. Однако Бог устами Моисея приказывает левитам взяться за мечи и убить идолопоклонников. В тот день пало три тысячи израильтян.

В Ветхом Завете представлено множество примеров сурового наказания Богом людей за, казалось бы, и не столь тяжелые проступки. Без понимания идеи реинкар­нации эти приговоры кажутся несправедливыми. Но рассматривая их сквозь увеличительное стекло прошлых жизней, мы видим, что это— карма, требующая неиз­бежной расплаты. Мы можем истолковать их как искуп­ление кармы не одного дня, но тысячелетий.

Когда недостающее звено — реинкарнация — восстановлено, Ветхий Завет обретает смысл. Возможно, именно поэтому он привлекал в первом веке Филона, во втором — гностиков, в средние века — каббалистов. И каббалисты, и гностики толковали Бога Ветхого Завета в свете реинкарнации.

В каббалистическом тексте “Бахир”, как вы помните, библейский термин “род” означает “воплощение”. До каббалистов учитель христианского гностицизма Василид Александрийский во втором веке также заменял од­но слово другим, объясняя угрозу Бога наказать детей за грехи родителей “до третьего и четвертого рода”. Василид говорит, что в планы Бога не входило наказывать невинных детей, но что собственные грехи людей пре­следуют их на протяжении трех или четырех воплоще­ний.

Нам известно, что как гностикам, так и каббалистам были близки традиции дохристианского еврейского мис­тицизма. Следовательно, это толкование могло прийти из иудаизма, а значит было доступно Иисусу. Оно дает возможность встать на защиту Божественной справедли­вости, утверждая ветхозаветный закон “око за око”.

 

“Око за око”

 

В Ветхом Завете вы найдете настолько ясное утвер­ждение идеи кармы, какого только могли бы пожелать. В “Бытии” Бог говорит: “Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека”.³ В “Исходе” Бог дает Израилю подробный свод законов, в котором со­держится знакомая заповедь: “Кто ударит человека, так что он умрет, да будет предан смерти... А если будет вред, то отдай душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу, обожжение за обожжение, рану за рану, ушиб за ушиб”.⁴

В “Книге Пророка Авдия” снова подтверждается принцип возвращения кармы: “Как ты поступал, так по-ступлено будет и с тобою; воздаяние твое обратится на голову твою”.⁵ А в Новом Завете Иисус повторяет эту мысль: “Все, взявшие меч, мечем погибнут”.⁶

Карма так же ясно звучит в Новом Завете, как и в Ветхом. В Нагорной проповеди Иисус говорит: “Не ду­майте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить”.⁷ Как это видится мне, говоря о законе, он включает в него закон кармы, который подводит фундамент под остальные законы Ветхого Завета. Иисус сказал, что “ни одна йота или ни одна чер­та” — иными словами, ни одна буква или ее часть — “не прейдет из закона, пока не исполнится все”.⁸ Эти йота и черта, что мы должны оплатить, и есть наша карма. Закон кармы является законом причинной свя­зи между действиями человека и ответным действием вселенной, которое возвращается к его порогу. Это возвращение позитивной или негативной энергии продолжается ежедневно и ежечасно, пока душа чело­века не станет совершенной во Христе и он не избег­нет круга перерождений.

В Нагорной проповеди Иисус утверждает закон кар­мы с математической точностью: “Каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить”. Продолжая, он дает Золотое Прави­ло: “Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и проро­ки”.⁹ Вся проповедь посвящена значению последствий мыслей, чувств, слов и дел.

Другой отрывок из Евангелия от Матфея я истолко­вываю как косвенное указание на то, что у каждого че­ловека есть накопления и хорошей, и плохой кармы. Ии­сус говорит: “Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе [что означает добрые дела, хорошую карму]; а злой человек из злого сокровища выносит злое [дурные дела, плохую карму]”.¹⁰ В моем понимании это означает, что человек склонен действовать в соответст­вии с моделями поведения, уже устоявшимися в его существе, и получает хорошее и плохое в соответствии с запасом накопленных им добрых или дурных дел.

Коли Иисус учил, что мы обязаны расплатиться за свои злодеяния, то он мог учить также и тому, что у нас должна быть возможность сделать это в следующей жизни, если не удалось в нынешней. Если Бог справед­лив и милосерден, тогда карма подразумевает реинкарнацию — возможность измениться к лучшему.

Кроме “око за око”

 

Подтверждая закон кармы Ветхого Завета, Иисус в то же время призывает людей выйти, за его пределы. Он да­ет советы, которые по тем временам должны были ка­заться возмутительными: не бейте того, кто вас ударил; раздайте свои богатства. Он говорит: “Вы слышали, что сказано: “око за око, и зуб за зуб”. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захо­чет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай и от хо­тящего занять у тебя не отвращайся”.¹¹

Иисус прокладывает высший путь, царскую дорогу к божественному единению, по которой ищущий должен идти дальше простого уравновешивания кармы. Что должны были подумать его слушатели, погрязшие в вет­хозаветном приходно-расходном менталитете, когда он отдал неслыханный приказ: “Любите врагов ваших”? Он учит: “Вы слышали, что сказано: “люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего”. А Я говорю вам: “любите вра­гов ваших, благословляйте проклинающих вас, благо­творите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас”. ¹²

Нельзя не увидеть параллели между этими утвержде­ниями и восточными писаниями. Священный буддий­ский текст “Дхаммапада” повествует: “Ненависть не по­беждается ненавистью: ненависть побеждается любовью. Это вечный закон”.¹³ Похоже звучит и другой буддийский текст: “Любите врагов своих и молитесь о тех, кто преследует вас”. В нем предписывается молиться так: “Пусть всем, кто говорит дурное обо мне или причиняет какое-либо иное зло, и тем, кто смеется надо мной и оскорбляет меня, посчастливится окончательно пробудить­ся”

Будда учил, что прежде всего мы должны заботиться о правильности наших действий, а затем придет отрешенность даже от них. Лишь полностью освободившись от забот о своей судьбе, мы действительно сможем из­бегнуть круга перерождений.

В одном из провидении Эдгар Кейси говорит о том, что, делая добро своим притеснителям, можно обрести независимость от негативной кармы. Поскольку мы должны пожинать то, что посеяли, — как хорошее, так и плохое, — Кейси советует следовать заповеди Иисуса делать добро врагам, ибо “тогда ты преодолеешь в себе все, что мог совершить по отношению к своему ближне­му!”¹⁵

Преодолевая приходно-расходный взгляд на карму и меняя свой путь ради того, чтобы творить добро, вы вы­ходите за пределы кармического состояния. Иисус не только подтверждает закон кармы в том виде, как он был установлен Моисеем, но идет гораздо дальше, утверждая то, что я называю законом любви, как эталон для совер­шенствования души. Иисус говорит, что закон кармы не может быть нарушен, но может быть исполнен посред­ством Божественной Любви; и более того, — стремясь к венцу вечной жизни, вы должны заплатить сполна за всякое зло, которое сделали ближним.

И даже если вы совсем не делали зла, вы должны от­давать снова и снова, ибо ваша жизнь — это не просто история об уравновешивании плохой кармы, ей суждено стать историей о существе, чья душа обрела само­овладение в любви и единении с Христом, щедро даруя благословения всем людям. Она должна стать историей о том, кто не просто складывает на полку хорошую кар­му, чтобы постоянно любоваться ею, но о том, кто стре­мится выйти за пределы этой жизни ради иной, что пре­выше наслаждения и боли.

Здесь следует отметить, что многие свободомысля­щие ученые не верят, будто Иисус говорил все, что при­писывается ему в Новом Завете. Как мы увидим из сле­дующей главы, они считают, что многие утверждения Иисуса добавлены теми, кто писал Евангелия. Семинар, посвященный Иисусу, рассматривает его как ниспровер­гателя основ, а потому как человека, который скорее должен был оспаривать ветхозаветный менталитет “око за око”, чем подтверждать его. Итак, участники семинара считают, что он действительно велел нам возлюбить врагов, но что никогда не говорил ничего похожего на “все, взявшие меч, мечем погибнут”.

Они думают, будто с его стороны было бы непоследовательно проповедовать оба учения. Я, однако, не ви­жу между ними противоречий. В намерения Иисуса не входило отрицать ответственность за свои действия, ко­гда он велел нам возлюбить врагов. Для того чтобы до­казать это, нужно лишь заглянуть в самые ранние из со­хранившихся христианских писаний — письма Павла.

 

Карма в посланиях

 

Павел подтверждал высказывания Иисуса о том, что все, посланное нами в мир, возвращается к нам: “[Бог] воздаст каждому по делам его... Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое... Напротив слава и честь и мир всякому, делающему доброе... нет лицеприятия у Бога”.¹⁶

В своем письме к галатам Павел ясно констатирует закон кармы: “Каждый понесет свое бремя... Не обманы­вайтесь: Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление; а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную”.

Послания Павла в коринфскую церковь учат об испы­тании огнем. Он говорит: “Каждый получит свою награ­ду по своему труду”. Труд человека — вот его карма. Па­вел сказал; “Огонь испытает дело каждого, каково оно есть”, иными словами, какого рода дух и эмоции вошли в это творение. Если труд выдержит испытание огнем, тогда строитель “получит награду”. В противном слу­чае — “потерпит урон”.¹⁸

Павел поведал нам, что, если мы творим с любовью и позитивной энергией, наши дела выдержат истребляю­щий огонь Бога и будут увековечены. Но если действуем в злобе, ненависти или гордыне, тогда дела и негативная энергия, вложенная в них, будут истреблены очиститель­ным огнем Бога. Огненное испытание представляет со­бой продолжительный процесс, в котором мы участвуем день за днем. Наши дела проходят проверку, и мы пожи­наем их плоды. Но это возвращение кармы, как позитив­ной, так и негативной, зачастую откладывается на буду­щие жизни.

На протяжении многих столетий христиане читали процитированные мною отрывки и приходили к заключению, будто расплата состоится на некоем последнем суде, а не в процессе перевоплощений. К примеру, церковь приводит следующий отрывок из посланий Павла о “судилище Христовом” для опровержения мысли о том, что воздаяние произойдет в какой-либо будущей жизни.

Отрывок гласит: “Ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответ­ственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или ху­дое”. Католическая церковь утверждает, что эта рас­плата может произойти лишь в раю, аду или чистилище, но Павел не сообщал, где это случится. И, как я проде­монстрирую в следующих главах, были ранние христиа­не, которые верили, что это произойдет в следующих жизнях на Земле.

Учение о карме нельзя отделить от учения о реинкарнации. Поскольку мы продолжаем творить негативную карму, которую затем должны уравновешивать (до тех пор, пока не научимся не делать ее), нам нужна возмож­ность балансировать ее. Реинкарнация и становится той возможностью, которую даровал нам милосердный Бог.

Три броска, и ты... рождаешься снова?

 

В том, что Иисус давал учение о реинкарнации, более всего убеждает меня факт, что требования, которые он выдвинул как условие спасения, многие люди найдут не­выполнимыми в течение одной жизни.

Возьмем, к примеру, отрывок из Евангелия от Иоан­на. Никодим, высокопоставленный фарисей, ночью пришел к Иисусу, чтобы побеседовать с ним. Между ни­ми состоялся следующий разговор:

Иисус сказал, что никто не может увидеть Царствия Божия, не родившись свыше.

Никодим: “Как может человек родиться, будучи стар? Неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться?”

Иисус: “Если кто не родится от воды и Духа, не мо­жет войти в Царствие Божие: рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух”.²⁰

Согласно мистическому толкованию, родиться от во­ды и Духа означает преобразиться в Божественное Я. Основной вопрос, который поднимает этот отрывок, та­ков: если Иисус делал оговорку, что человек может вой­ти в Царствие Божие лишь преображенным в Божест­венное Я, разве он не допустил бы возможности выпол­нить это условие в будущей жизни, коль скоро оно не может быть выполнено в этой?

У христианской теологии имеется ответ: у вас есть всего одна жизнь, дабы исполнить требования Иисуса. Если потерпите неудачу в этой жизни, пиши пропало. Точка. Вы не достигнете Царства Божьего никогда.

Некоторые христиане говорят, что у последователей других религий странные боги. Мне же странен Бог, ко­торый ставит условия своим детям, а затем делает не­возможным их исполнение.

Зачем, к примеру. Бог заставляет людей рождаться в нехристианских странах, где они никогда не смогут стать христианами, а затем говорит, что они не могут войти в Царство, потому что не стали христианами? Я не хочу знаться с таким Богом, который, видя, что я плохо играю в бейсбол, просто скажет: “Три броска, и я удаляю тебя с поля”.

В действительности в отрывке подразумевается следующее: если человек не рожден от вод и Духа в этой жизни, он должен родиться вновь, из чрева дру­гой матери — и так далее, — пока не использует воз­можность войти в Царство Божие, которое я называю сознанием Бога. (Разговор о Царстве мы продолжим в главе 24). Точка зрения, заключающая в себе идею реинкарнации, представляет альтернативу взгляду на рай и ад с позиции “все-или-ничего”. Если человек не об­ретает нового — духовного — рождения в этой жизни, Бог позволяет ему вернуться, чтобы получить еще одну возможность искать возрождения Духом.

В “Откровении” — последней книге Библии — мы находим завершающее повествование, в котором подразумевается перевоплощение душ, — или, скорее, окончание перевоплощений. Здесь говорится о том времени, ко­гда, благополучно пройдя череду жизней, человек обре­тет свободу от перерождений. “Откровение” гласит:

“Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон”.

“И он уже не выйдет вон”, — он более не войдет в смертное тело. Здесь конец “скорбному утомительному Колесу”. Здесь “обитель Вечности”, как говорится в индийском эпосе “Бхагавадгита”, и “те, кто достигает этой обители, более не возвращаются”.²²

Греки и некоторые евреи, в особенности те, на кого оказал влияние эллинизм, верили в перевоплощение душ. Оно подразумевается в посланиях Павла, Евангелиях и Ветхом Завете. Эта идея была присуща миру Иисуса, как соль морской воде. Иисус должен был бы вырасти под стеклянным колпаком, чтобы не знать о ней. И если бы он не соглашался с идеей реинкарнации, его учение отра­зило бы это несогласие. Не имея никаких доказательств обратному, мы должны прийти к заключению, что Иисус давал учение о перевоплощении душ и считал, что оно поможет нам достичь обители Вечности.