Однако, в сущности, есть и большое различие; потому что древние теории утверждают, а современные отрицают перевоплощение как часть вселенского процесса. Современное мышление стартует с физического тела как базиса нашего существования и не распознает реальности иных миров, кроме этой материальной вселенной. То, что видно здесь, является ментальным сознанием, связанным с жизнью тела, сознанием, не получающим при своем рождении ни малейшего намека на предшествующее индивидуальное существование и не оставляющим в конце отметки о своем последующем индивидуальном существовании. То, что было до рождения, это материальная энергия со своим семенем жизни, или в лучшем случае, энергия жизненной силы, которая сохраняется в семени, переданном родителями, и при помощи мистического вплавления прошлого в этот никудышный носитель накладывает особенный ментальный и физический отпечаток на готовые индивидуальный разум и тело, так странно созданные. То, что остается после смерти, это та же самая материальная энергия или жизненная сила, сохранившаяся в семени и переданная детям по части дальнейшего развития ментальной и физической жизни, переносимой ею. От нас не остается ничего, за исключением того, что мы таким путем передали другим, или того, что Энергия, сформировавшая индивида своим пред-существующим и своим окружающим действием, рождением и обстоятельствами, может вобрать в себя как результат жизни индивида и воплотить в своем последующем действии; может хоть как-то выжить лишь то, что каким-либо образом, по случаю или под действием физического закона, может построить ментальную и витальную составляющие и окружение других индивидов. Возможно, что за ментальными и физическими явлениями стоит вселенская Жизнь, по отношению к которой мы предстаем индивидуализированными, эволюционирующими и феноменальными становлениями. Эта вселенская Жизнь творит реальный мир и реальные существа, но сознательная личность в этих существах не является, или по крайней мере ей не требуется быть таковой, знаком или формой сознания вечной или даже сохраняющейся души или супрафизической Личности: в этой формуле существования нет ничего, что заставляло бы нас верить в психическую сущность, переживающую смерть тела. Здесь нет причины и мало возможности для того, чтобы допустить перевоплощение как часть системы вещей.
Но, что если бы по мере роста нашего знания было бы найдено (на что и указывают некоторые исследования и открытия), что зависимость ментального существа или психической сущности от тела не столь полна, как поначалу мы заключаем из изучения данных физического существования и единственно физической вселенной? Что тогда, если было бы найдено, что человеческая личность переживает смерть тела и движется между другими планами и этой материальной вселенной? Преобладающая сейчас идея о временном сознательном существовании должна тогда расшириться и допустить Жизнь, имеющую более широкий диапазон, чем физическая вселенная, и также допустить существование личностной индивидуальности, не зависящей от материального тела. Тогда могла бы практически возродиться древняя наука о тонкой форме или тонком теле, населяемом психической сущностью. Психическая сущность или сущность души, перенося с собой ментальное сознание, или если нет такой изначальной души, то развивающийся ментальный индивид мог бы сохраниться после смерти в этой тонкой форме, которая должна быть создана для него либо до рождения, либо самим рождением, либо в течение жизни. Ибо или психическая сущность пред-существует в иных мирах в тонкой форме и приходит оттуда с ней в свое краткое земное житие, или душа развивается здесь, в самом материальном мире, и вместе с ней развивается психическое тело, развивается в ходе Природного процесса и сохраняется после смерти, уходя в другие миры или перевоплощаясь здесь. Это означало бы две возможности.
Эволюционирующая вселенская Жизнь могла развить на земле персональность, которая некоторое время бы росла, прежде чем войти в человеческое тело и стать человеком; наша душа могла развиваться в низших формах природы, прежде чем создан был человек. В этом случае наша персональность прежде населяла животные формы, и тонкое тело должно быть гибким образованием, переносимым от рождения к рождению, но адаптирующимся к любой физической форме, в которую вселяется душа. Либо эволюционирующая Жизнь могла бы быть способной строить персональность, которая может выжить, но только в человеческой форме, когда таковая была создана. Это могло бы произойти при внезапном росте ментального сознания, и одновременно могла бы развиться оболочка тонкой субстанции разума, которая могла бы помочь индивидуализировать это ментальное сознание и затем исполнять роль тонкого тела, подобно тому как грубая физическая форма одновременно индивидуализирует животный разум и жизнь и служит им домом. Приняв предыдущее предположение, мы должны допустить, что животное также переживает разложение физического тела и обладает каким-то образованием души, которое после смерти занимает на земле другие животные формы, и наконец, человеческое тело. Ибо маловероятно, что душа животного выходит за пределы земли и входит в иные планы жизни, отличные от физического, и постоянно возвращается сюда, пока не будет готова для воплощения в человеческой форме; сознательная индивидуализация животного вряд ли достаточна для того, чтобы выдержать такое перемещение или приспособиться к существованию в иных мирах. Второй взгляд предполагает, что мощность, достаточная для того, чтобы пережить в иных мирах смерть физического тела, стала достижимой только с появлением человеческой стадии эволюции. Если, в действительности, душа является не так построенной личностью, развивающейся в ходе Жизни, а сохраняющейся неэволюционирующей реальностью, использующей земную жизнь и тело в качестве необходимого поля, то тогда следует отдать предпочтение теории перевоплощения в смысле Пифагорейского переселения. Но если душа является выживающей эволюционирующей сущностью, способной выходить за пределы земного уровня, тогда становится возможной и весьма вероятной Индийская идея о переходе в иные миры и возвращении к земному рождению. Но такой вывод не неизбежен, поскольку можно предположить, что человеческая личность, однажды достигнувшая иных планов, может не иметь необходимости уходить с них: было бы естественно, что в отсутствии некоторой сильной побуждающей причины она продолжила бы свое существование на том высшем плане, которого достигла; она бы покончила с земной эволюцией. Только при столкновении с настоящей непреложной очевидностью возвращения на землю станет совершенно обязательным и неизбежным предположение о повторном воплощении в человеческих формах.
Но даже тогда не требуется замены виталистической теории развития на духовную, не требуется допустить реальность существования души или допустить ее бессмертие или вечность. Все еще можно считать личность феноменальным творением вселенской Жизни посредством взаимодействия сознания жизни с физической формой и силой, хотя это взаимодействие и становится более широким, более разнообразным и более тонким и имеющим другую историю, чем это может показаться с первого взгляда. Можно даже прийти к некоторой разновидности виталистического Буддизма, приняв Карму, но допустив ее только в качестве действия вселенской силы Жизни; эта теория может допускать в качестве следствия непрерывность потока персональности в перевоплощении при помощи ментальной связи, но в то же время может отрицать какое-либо реальное "я" индивида или любое вечное существо, отличное от этого вечно активного витального Становления. С другой стороны, можно было бы, подчинившись повороту мысли, который начинает сейчас обретать все большую силу, допустить вселенское "я" или космический Дух в качестве первичной реальности и Жизнь в качестве мощи или агента, и таким путем достичь некоторого рода одухотворенного витального Монизма. В этой теории закон перевоплощения также был бы возможен, но не обязателен; он мог бы быть феноменальным фактом, действенным законом жизни, но не логическим выводом этой теории бытия и ее неизбежным следствием.
Адвайта Майявады, подобно Буддизму, стартует с уже принятой веры, - части полученного запаса древнего знания, - в супрафизические планы и миры и связь между ними и нашим миром, связь, определяющую переход с земли и, даже если это кажется менее примитивным открытием, возращение на землю человеческой личности. В любом случае позади мышления Майявады стояло древнее восприятие и даже переживание, или по крайней мере традиция, того, что было "до" и будет "после" для личности, не ограниченной переживанием физической вселенной; поскольку Майявада основывалась на том взгляде на "я" и мир, в котором супрафизическое сознание считается даже первичным явлением, а физическое существо - только вторичным и зависимым. На базе именно этих данных Майявада пыталась определить природу вечной Реальности и происхождение феноменального становления. Поэтому она допускала переход личности из этого мира в иные миры и возвращение в форму жизни на земле, но с точки зрения Буддизма такое перевоплощение не является реальным перевоплощением реальной Личности в формах материального существования. С точки зрения более поздней Адвайты духовная реальность существует, но ее кажущиеся индивидуальность и, как следствие, рождение и перевоплощение индивидуальности являются частями космической иллюзии, обманчивым, но действенным построением вселенской Майи.
В Буддистском мышлении отрицалось существование "я", а перевоплощение могло быть только средством поддержки непрерывности идей, ощущений и действий, которая составляет фиктивное индивидуальное движение между различными мирами, - скажем, между по-разному организованными планами идеи и ощущения; поскольку, конечно же, только сознательная непрерывность потока создает феномен "я" и явление личности. В Адвайте Майявады был также принят Дживатман, индивидуальное "я", и даже реальное "я" индивида (В этом взгляде "я" одно и не может быть многим или множественным; поэтому не может быть никакого настоящего индивида, а в лучшем случае может быть только одно "я", вездесущее и оживляющее каждый разум и тело идеей "Я".); но эта уступка - только видимость. Ибо оказывается, что не существует реального и вечного индивида, нет "я" или "ты", и поэтому не может быть настоящего "я" индивида, даже не может быть настоящего вселенского "я", а существует только "я" поодаль от вселенной, навсегда не рожденное, навечно не подверженное изменениям, навсегда незатрагиваемое мутациями явлений. Рождение, жизнь, смерть, вся масса индивидуального и космического переживания становится в конечном итоге не более чем иллюзией или временным явлением; даже рабство и освобождение могут быть только такой иллюзией, частью временных явлений: они попросту равнозначны сознательной непрерывности иллюзорных переживаний эго, самого являющегося порождением великой Иллюзии; то же относится и к угасанию непрерывности и сознания в сверхсознании Того, кто единственно был, есть и будет, или скорее, кому нечего делать со Временем, кто навечно нерожден, безвременен и невыразим.
Таким образом, в то время как в виталистическом взгляде на вещи существует реальная вселенная и реальное, хотя и временное, становление индивидуальной жизни, что даже при отсутствии все-переживающего Пуруши придает немаловажную значимость нашему духовному опыту и действиям, - поскольку они по-настоящему действенны в реальном становлении, - то в теории Майявады эти вещи не имеют реального значения и не производят настоящего эффекта, а являются только подобием последовательности картинок сна. Ибо даже освобождение наступает в космическом сновидении или галлюцинации путем распознавания иллюзии и с концом индивидуального разума и тела; на самом деле, никто не связан, и никто не освобождается, потому что единственно существующее "я" незатрагиваемо иллюзиями эго. Чтобы убежать от все-нивилирующей стерильности, которая была бы логическим итогом, мы должны придать практическую реальность, какой бы ложной она не оказалась в конечном итоге, этой последовательности картинок сна, и придать безмерное значение нашему рабству и индивидуальному освобождению, даже если жизнь индивида только феноменальна, а для одного реального "я" как рабство, так и освобождение являются вещами несуществующими и не могут быть ничем иным. В условиях этой обязательной уступки тиранической лжи Майи жизнь и опыт важны лишь в той мере, в какой они подготавливают к отрицанию жизни, к само-уничтожению индивида, к окончанию космической иллюзии.
Однако, это крайний взгляд и крайнее последствие монистического тезиса, а более древняя Веданта, берущая начало с Упанишад, не заходит так далеко. Эта Адвайта допускает настоящее и временное становление Вечного, и поэтому допускает реальную вселенную; также предполагается достаточная реальность индивида, поскольку каждый индивид являет в себе Вечное, принявшее имя и форму и поддерживающее через индивида переживания жизни, запустив вечно вращающееся колесо рождений в манифестации. Движение колеса поддерживается желанием индивида, что становится действенной причиной перевоплощения, а также тем, что разум отвернулся от знания вечного "я" и погряз во временном становлении. С прекращением этого желания и этого неведения Вечное в индивиде отходит от превратностей индивидуальной личности и познает свое безвременное, безличностное и неизменное бытие.
Но эта реальность индивида преходяща; она не обладает ни основанием, выдерживающим испытание Временем, ни даже извечной возвращаемостью во Времени. Хотя в таком взгляде на вселенную перевоплощение является очень важной действительностью, но все же оно не возникает как неизбежное следствие связи между индивидуальностью и целью манифестации. Ибо тогда кажется, что манифестация не имеет никакой цели, кроме целеустремленности Вечного к созиданию мира, и манифестация может прекратиться посредством всего лишь волевого отхода: космическая воля могла бы осуществляться без какой-либо машинерии перевоплощения и желания индивида, поддерживающего эту волю; поскольку его желание может быть только некоторой пружиной машинерии, и не может быть причиной или необходимым условием космического существования, потому что с этой точки зрения сам индивид является результатом творения и не существует до Становления. Тогда воля к созиданию могла бы осуществляться через временное принятие индивидуальности в каждом имени и форме, в единственной жизни многих недолговечных индивидов. Происходило бы само-формирование одного сознания в соответствии с типом каждого созданного существа, но оно очень даже могло начинаться в каждом индивидуальном теле с появлением физической формы и прекращаться с кончиной физической формы. Индивид сменял бы индивида подобно тому, как волна сменяет волну, а море остается тем же самым (Д-р Шнайдер в своей книге о мышлении Индии утверждает, что это и было настоящим смыслом учения Упанишад, а идея о перевоплощении была введена значительно позднее. Но можно привести множество важнейших отрывков из почти всех Упанишад, в которых позитивно говорится о перевоплощении, и в любом случае, Упанишады допускают выживание личности после смерти и переход в иные миры, что несовместимо с подобной интерпретацией. Если существует выживание в иных мирах, а также существует конечная цель освобождения в Брахмане для душ, воплощенных здесь, то никак уж не обойтись без перевоплощения, и нет причины для того, чтобы предполагать, что идея перевоплощения была введена позднее. Очевидно, что представления Западной философии заставили автора увидеть простой пантеистический смысл в более тонком и сложном мышлении древней Веданты.); каждое образование сознательного существа поднималось бы из вселенского, крутилось бы отведенное ему время и втягивалось бы назад в Молчание. Для этой цели нет необходимости того, чтобы индивидуальное сознание сохраняло свою непрерывность, принимая имя за именем и форму за формой и двигаясь между различными планами туда-обратно, и даже как возможность это не кажется весьма вероятным; и еще менее оправдано предположение об эволюционном развитии, происходящем при переходе к более высокой форме, как это должно предполагаться в теории перевоплощения, утверждающей инволюцию и эволюцию Духа в Материи в качестве сущностной формулы нашего земного существования.
Можно предположить, что Вечное могло выбрать такой способ проявиться в теле, или скорее, сокрыть себя в нем; оно могло пожелать появиться в качестве индивида, проходящего от рождения к смерти, и от смерти к новой жизни в цикле сохраняющегося и возвращающегося человеческого и животного существования. Одно Бытие проходило бы через разнообразные формы становления, будь то по прихоти или в соответствии с некоторым законом последствия действий, пока в конце концов путем озарения не подходило бы к возвращению в Тождество, отводу Единственного и Идентичного из этой частной индивидуализации. Но такой цикл не имел бы никакой изначальной или конечной определяющей Истины, которая придала бы ему какое-то значение. Нет ничего, что вызывало бы необходимость этого цикла; он был бы чистой игрой, Лилой. Но если только допустить, что Дух заключил себя в Бессознание и проявляет себя через индивидуальное существо при помощи эволюционного перехода, тогда весь процесс обретает смысл и становится логичным; последовательное восхождение индивида становится лейтмотивом космического значения, и перевоплощение души в теле становится естественным и неизбежным следствием истины Становления и ее внутренним законом. Перевоплощение является совершенно необходимым механизмом для выработки духовной эволюции; оно является единственно возможным действенным условием, обеспечивающим динамический процесс такой манифестации в материальной вселенной.
Наше объяснение эволюции в Материи состоит в том, что вселенная являет само-созидательный процесс верховной Реальности, чье присутствие делает дух субстанцией вещей, - все вещи являют мощности духа и средства и формы манифестации. Бесконечное существование, бесконечное сознание, бесконечная сила и воля, бесконечный восторг бытия есть Реальность, скрытая за видимостью вселенной; ее божественный Сверхразум или Гнозис установил этот порядок, но устроил его косвенно через три подчиненные и ограниченные выражения, которые мы здесь осознаем - Разум, Жизнь, Материю. Материальная вселенная является наинизшей ступенью погружения манифестации, инволюции проявленного существа этой триединой Реальности в кажущееся незнание о себе, что мы сейчас называем Несознательным; но с самого начала была неизбежной эволюция этого проявленного существа из незнания к восстанавливающему само-осознанию. Это неизбежно, поскольку то, что инволюционировало, должно эволюционировать; ибо это присутствует там не как существование, сила, спрятанная в своей кажущейся противоположности, и каждая такая сила должна в своей глубочайшей природе побуждаться к тому, чтобы искать себя, реализовывать себя, выпускать себя в игру, но это и представляет реальность того, что его скрывает, именно это "я" утратило Незнание, и это "я" наполнено всем потаенным смыслом, и как раз оно и является постоянной целью поисков и обретений. Именно через сознательное индивидуальное существо возможно это обретение; именно в нем эволюционирующее сознание становится организованным и способным пробудиться к своей собственной Реальности. Безмерная важность индивидуального существа, растущего по мере подъема по шкале эволюции, представляет наиболее замечательный и значительный факт вселенной, стартующей с отсутствия сознания и индивидуальности в недифференцированном Незнании. Эта важность может быть подтверждена лишь в том случае, если "я" в качестве индивида не менее реально, чем "я" в качестве космического Бытия или Духа, и если оба аспекта "я" являются мощностями Вечного. Только так может быть объяснена необходимость роста индивида и его открытия себя в качестве условия для открытия космического Я и Сознания и верховной Реальности. Если мы примем это решение, то первым же следствием будет признание реальности сохраняющегося индивида; но отсюда сразу же вытекает, что перевоплощение уже не следует считать только возможным механизмом, который может быть, а может и не быть, то есть перевоплощение становится необходимостью, неизбежным продуктом коренной природы нашего существования.
Теперь невозможно ограничиться предположением об иллюзорности или временности индивида, сотворенного в каждой форме игрой сознания; индивидуальность не может больше представляться сопровождением игры сознания в облике тела, того сознания, которое может пережить, а может и не пережить форму, может продлить, а может и не продлить ложную непрерывность своего "я" от формы к форме, от жизни к жизни, но которому вовсе не требуется делать это. В этом мире мы поначалу видим, что индивид сменяет индивида без какой-либо неразрывности, форма растворяется, и ложная или преходящая индивидуальность растворяется вместе с ней, тогда как навечно остается только вселенская Энергия или некоторое вселенское Бытие; это очень даже может быть целостным принципом космической манифестации. Но если индивид является сохраняющейся реальностью, вечной часть или мощностью Вечного, если его рост сознания является средством, при помощи которого Дух в вещах раскрывает свое бытие, тогда космос раскрывает себя в качестве обусловленной манифестации игры вечного Одного с вечным Многим в бытии Сатчитананды. Следовательно, за всеми изменениями нашей персональности должна стоять настоящая Личность, реальный духовный Индивид, истинный Пуруша, который поддерживал бы поток этих мутаций. Один, вселенски расширившийся, присутствует в каждом существе и утверждает себя в каждой своей индивидуальности. В индивиде раскрывает он свое тотальное существование посредством тождества со всем в универсальности. В индивиде он также раскрывает свою трансцендентность в качестве Вечного, в котором основано все вселенское единство. Это триединство само-манифестации, эта изумительная Лила многогранной Идентичности, эта магия Майи или многообразное чудо сознательной истины бытия Бесконечного является светлым откровением, всплывающим в медленной эволюции из изначального Несознания.
Если бы не было нужды в само-обретении, а было бы только вечное наслаждение игрой бытия Сатчитананды, - а такое вечное наслаждение является природой определенных верховных состояний сознательного существования, - тогда не требовалось бы задействования эволюции и перевоплощения. Но произошла инволюция этого единства в разделяющий Разум, произошло погружение в само-забвение, из-за чего утрачено извечно присутствующее ощущение полного тождества, и игра разделяющего различия, - феноменального, потому что настоящее единство в разнице всегда остается непоколебимым позади явления, - выступает на передний план в качестве преобладающей реальности. Эта игра разделения достигает своей кульминации при низвержении делящего Разума в форму тела, в котором он начинает осознавать себя в качестве отдельного эго. Прочный и плотный базис этой игры разделения был заложен в мире отдельных форм Материи инволюцией деятельного само-сознания Сатчитананды в феноменальное Незнание. Именно это основание в Незнании обеспечивает разделение, поскольку оно императивно противостоит возвращению к сознанию единства; и все же хотя это основание чинит действенные препятствия, но оно феноменально и не фундаментально вечно, поскольку внутри него, над ним присутствует все-составляющий Дух, поддерживающий его, и кажущееся Неведение оказывается только концентрацией, исключительным действием сознания, впавшего в само-бытие путем бездонного погружения в поглощенность формирующего и созидательного материального процесса. В так созданной феноменальной вселенной именно отдельная форма становится основанием и начальной точкой всей своей жизненной деятельности; поэтому индивидуальный Пуруша в выработке космических связей с Одним должен в этом физическом мире отправляться от формы, должен принять тело; именно тело должен он сделать своим основанием и начальной точкой для развития жизни и разума и духа в физическом существовании. Это принятие тела мы называем рождением, и только в нем может происходить развитие "я" и игра связей между индивидом и вселенной и другими индивидами; только в нем может происходить рост путем последовательного развития нашего сознательного существа к верховному восстановлению единства с Богом и со всем в Боге: вся та сумма, которую мы называем Жизнью в физическом мире, составляет достижение души и возобновляется при рождении в теле, получая его в качестве своей точки опоры, условия действия и условия эволюционной сохраняемости.
Следовательно, рождение необходимо для манифестации Пуруши на физическом плане; но это рождение, будь то в человеческой или любой другой форме, при таком устройстве мира не может быть делом случая или внезапно предпринятым путешествием души в физический мир без какой-либо предварительной подготовки или какого-то ожидаемого исполнения. В мире инволюции и эволюции, причем не только физической формы, а сознательного существа через жизнь и разум к духу, предположение об изолированной жизни в человеческом теле не может быть правилом существования души индивида; это было бы совершенно бессмысленным и нелогичным устройством, причудой, для которой нет места в природе и системе вещей, было бы грубым вмешательством, могло бы разрушить ритм само-манифестации Духа. Вторжение такого правила индивидуальной жизни души в эволюционное духовное продвижение было бы следствием без причины и порождало бы причину без следствия; оно было бы фрагментарным настоящим без прошлого или будущего. Жизнь индивида должна иметь соразмерное значение, тот же самый закон продвижения, как и космическая жизнь; местом индивида в космическом ритме не может быть блуждающее бесцельное вмешательство, жизнь индивида должна работать на постоянное осуществление космической цели. В такой порядок не вписывается представление об одном отдельном приходе, одном рождении души в человеческом теле, что явилось бы первым и последним ее переживанием такого рода, с предшестующим существованием в иных мирах и с будущем, разворачивающимся в совсем других областях переживания. Ибо жизнь здесь, на земле, жизнь в физической вселенной не является и не может являться случайной вехой в странствиях души от мира к миру; для эволюции души, как мы теперь знаем, требуется величайшее и медленное развитие, требуются неисчислимые промежутки Времени. Сама человеческая жизнь является только звеном в ранжированной цепочке, через которую тайный Дух во вселенной постоянно развивает свой успех и в конечном итоге вырабатывает свое намерение через расширение и подъем индивидуального сознания души в теле. Этот подъем может происходить только путем рождения в пределах этого восходящего порядка; индивидуальное вклинивание в это ранжированное восхождение и переход на произвольный уровень бытия не может вписаться в эту систему эволюционного существования.
А также человеческая душа, человеческий индивид не является свободным странником, своенравно или беспечно блуждающим от поля к полю, в соответствии со своим вольным выбором или свободным и спонтанно меняющимся действием и результатом действия. Это представляется сияющим намерением чистой духовной свободы, которое может иметь свою истину в запредельных планах или при возможном освобождении, но поначалу в земной жизни, в жизни физической вселенной, все происходит не так. С духовной точки зрения человеческое рождение в этом мире привносит совокупность двух элементов, духовную Личность и душу личности; предыдущая представляет вечное существо человека, последняя является его космическим меняющимся существом. В качестве духовной безличностной личности человек объединен в своей природе и существе со свободой Сатчитананды, он является тем, кто согласился или пожелал инволюционировать в Незнание, чтобы пройти определенный цикл переживания души, что иначе было бы невозможно, и скрыто возвышаться над своей эволюцией. В качестве духа он един с Трансцендентностью, имманентен в мире и охватывает его; в качестве души он одновременно един с универсальностью Сатчитананды, само-выражающейся в мире, и составляет ее часть: его само-выражение должно пройти через стадию космического выражения, переживания его души следуют оборотом колеса Брахмана во вселенной.
Вселенский Дух в вещах, вовлеченный в Незнание физической вселенной, развивает свое природное "я" в последовательности физических форм восходящего ряда Материи, Жизни, Разума и Духа. Поначалу он возникает в качестве скрытой души в материальных формах, совершенно подчиненных на поверхности незнанию; он развивается в качестве души, все еще скрытой, но почти готовой появиться в витальных формах, стоящих на границе между незнанием и частичным светом сознания, являющимся нашим неведением; он развивается еще дальше в качестве изначально сознательной души в животном разуме, и наконец, в качестве более внешне сознательной, но все еще не полностью сознательной души в человеке: сознание присутствует повсеместно в наших оккультных частях, идет развитие в проявляющейся Природе. Это эволюционное развитие наряду с индивидуальным аспектом обладает и вселенским аспектом: Вселенское развивает ранги своего бытия и строит упорядоченную вариацию своей универсальности в чреде развивающихся форм бытия; индивидуальная душа следует линии этого космического ряда и проявляет то, что было подготовлено в универсальности Духа. Вселенский Человек, космический Пуруша человечества развивает в человеческой расе ту мощь, что пришла к человеку со стороны низших созданий и еще будет развиваться к Сверхразуму и Духу и станет Божеством в человеке, который будет осознавать свое истинное и интегральное "я" и божественную универсальность своей природы. Индивидуальное должно следовать этой линии развития; оно должно было возвышаться над переживаниями души в низших формах жизни, пока не стала задействованной человеческая стадия эволюции: подобно тому, как Один был способен принять в свей универсальности низшие формы растений и животных, так же и индивид, теперь человек, должен был быть способным вобрать в себя эти формы на предыдущих ступенях эволюции. Теперь индивид появляется как человеческая душа, Дух, принимающий внешнюю и внутреннюю форму человечества, но он не ограничен этой формой ни сколь не больше, чем был ограничен формами растений и животных, ранее принятыми им; оно может перейти от человеческой формы к величайшему само-выражению на высшей ступени Природы.
Предположить иное - значит предположить, что дух, который сейчас руководит переживаниями души в человеческом теле, изначально был сформирован человеческой ментальностью и человеческим телом, существует тем и не может существовать поодаль от этого, никогда не может пойти выше или ниже. Тогда можно было бы вполне обоснованно предположить, что дух не бессмертен, а пришел в существование с появлением человеческого разума и человеческого тела и исчезнет с их исчезновением. Не разум и тело порождают дух, а дух создает разум и тело; он развивает эти принципы из своего бытия, и не был развит из бытия разума и тела, не составлен из их элементов и не получается благодаря встречи этих элементов. Если кажется, что дух развивается из разума и тела, то это происходит вследствии того, что он постепенно проявляет себя в них, а не потому что порожден ими или существует за счет них; по мере проявления духа разум и тело раскрываются как подчиненные выражения его бытия, и в конечном итоге должны быть подняты из теперешнего несовершенства и трансформированы в видимые формы и инструменты духа. Согласно нашим представлениям, дух есть не нечто, составленное именем и формой, а нечто, что принимет разнообразные формы тела и разума в соответствии с различными манифестациями существа души. Он делает это в ходе последовательной эволюции; дух развивает последовательные формы и последовательные слои сознания: ибо он не ограничен тем, чтобы всегда принимать одну и ту же форму и никакую другую или обладать одним видом ментальности, являющимся единственно возможным субъективным проявлением. Душа не ограничена формулой ментального человечества: она не начинается с нее и ею не заканчивается; она имеет предчеловеческое прошлое, имеет и сверхчеловеческое будущее.
Все то, что мы видим в Природе и человеческом естестве, подтверждает этот взгляд на последовательное рождение индивидуальной души, переходящей от формы к форме до тех пор, пока она не достигнет человеческого уровня проявленного сознания, являющегося ее инструментом для восхождения на еще более высокие уровни. Мы видим это в том, как Природа развивается от уровня к уровню, и на каждом уровне вбирает свое прошлое и трансформирует его в материал для последующего развития. Мы видим, что и человеческая природа устроена так же; все прошлое земли присутствует в ней. Она содержит элемент материи, взятой жизнью, элемент жизни, взятый разумом, элемент разума, взятый духом: животное все еще присутствует в человечестве; сама природа человеческого существа предполагает материальную и витальную стадию, подготовившие его возникновение в разуме, и животное прошлое, которое составило первый элемент в комплексе человека. И давайте не будем говорить, что лишь после того, как Природа в ходе эволюции развила жизнь человека, построила надлежащее тело и сотворила животный разум, лишь после этого душа спустилась в приготовленное тело: за этой идеей есть определенная истина, но не та, что предполагается в этой формуле. Ибо эта формула предполагает пропасть между душой и телом, душой и жизнью, душой и разумом, чего на самом деле нет; не существует тела без души, не существует тела, которое само по себе не было бы формой души: сама Материя является субстанцией и мощностью духа и не могла бы существовать, если бы являлась чем-то иным, поскольку ничто не может существовать, что не является субстанцией и мощью Брахмана; и если это верно по отношению к Материи, то тем более верно по отношению к Жизни и Разуму: они должны быть пропитаны присутствием Духа. Если Материя и Жизнь не были бы так одушевлены, то человек не смог бы появиться или появился бы только случайно или по какому-то вмешательству, а не как часть эволюционного устройства.
Тогда мы однозначно приходим к заключению, что рождение в человеческом облике составляет тот этап, которого душа должна достичь в ходе длинной серии перевоплощений, и что низшие формы жизни на земле представляют предшествующие подготовительные стадии; душа должна пройти всю цепочку, которую жизнь протянула в физической вселенной, взяв за основу тело, физический принцип. Тогда возникает вопрос, будет ли продолжена серия перевоплощений после достижения человеческой стадии, и если это так, то как она будет продолжена, в каком направлении и в какой последовательности. И сначала мы должны спросить себя, может ли душа, достигшая человеческой стадии, отойти назад к животной жизни и телу, может ли произойти регрессия, которую считают обычным делом старые популярные теории перевоплощения, а по сути, теории простого переселения души. Кажется невозможным, что душа может так отойти с какой-либо целостностью, и причина кроется в том, что переход от животной жизни к человеческой подразумевает решительное обращение сознания, столь же радикальное, как обращение витального сознания растения в ментальное сознание животного. Совершенно невероятно, чтобы это обращение, сделанное Природой, должно быть повернуто вспять душой, и что поступательному движению Природы уготовано быть сведенным на нет при помощи духа. Может быть, это возможно для тех человеческих душ, если таковые есть, в которых обращение было не столь решительным, для душ, достаточно развитых, чтобы подготовить, занять или принять человеческое тело, но недостаточно развитых, чтобы гарантировать сохранность этого принятия, чтобы надежно сохранить свое достижение и остаться верным человеческому типу сознания. Или, в крайнем случае, это может произойти, если предположить, что определенные качества так неистовы, что требуют свое собственного отдельного удовлетворения, так что происходит частичное перевоплощение, волюнтаристское удержание животной формы человеческой душой, после чего происходит немедленное возвращение к нормальному развитию. Движение Природы всегда достаточно сложное, и оно может показаться нам причудливым, поэтому не следует догматически отвергать такую возможность, и если это так, то может быть некоторая крупица истины за раздутой популярной верой в то, что воплощение человеческой души в животное тело так же возможно и естественно, как в человеческое. Но в любом случае нормальным законом должно быть возобновление рождения в новых человеческих формах той души, которая однажды уже достигла человеческого уровня.
Но почему цепочка перевоплощений должна обрываться на человеческой форме? Ибо причина, сделавшая человеческое рождение кульминационной точкой прошлого ряда, предшествующего восхождения, должна быть самой насущностью духовной эволюции. Ведь душе не завершила того, что намеревалась сделать, достигнув только человеческого уровня; она еще должна развить человечество до высших возможностей. Очевидно, что душа, вселившаяся в кариба или невежественного дикаря или парижского апаша или в американского гангстера, далеко еще не исчерпала возможностей человеческого рождения, еще не развила всех возможностей или всех ценностей человечества, еще не выработала все значение Сатчитананды во вселенском Человеке; а также еще не сделала этого душа, вселившаяся в виталистического Европейца, поглощенного динамическим производством и витальными удовольствиями, или в Азиатского крестьянина, задавленного невежественной рутиной домашней и экономической жизни. Разумно даже усомниться в том, являются ли Платон или Шекспир венцом и поэтому верхом расцвета духа в человеке. Мы склонны предположить, что это может быть пределом, поскольку эти люди и подобные им кажутся высочайшей точкой, которую может достичь разум и душа человека, но это может быть иллюзией нашей теперешней возможности. Может существовать более высокая или, по крайней мере, более широкая возможность, которую Божественное все еще намеревается реализовать в человеке, и если это так, то именно эти ступеньки, построенные этими высочайшими душами, были необходимы, чтобы проложить путь к этой возможности и открыть ворота. В любом случае, должна быть достигнута, по крайней мере, эта высочайшая точка, прежде чем мы сможем написать "конец" на возобновляемости человеческого рождения индивида. Человек существует для того, чтобы двигаться от неведения и малой жизни, которую он являет в своем разуме и теле, к знанию и большей божественной жизни, которой он может достичь при развертывании духа. Требуется достичь, по меньшей мере, открытия духа в человеке, знания его настоящего я, ведущей роли духовной жизни, прежде чем мы сможем двигаться определенно и куда-либо еще. За пределами этой начальной кульминации может открываться еще больший расцвет духа в человеческой жизни, о чем мы пока только смутно догадываемся; совершенство Человека не является последним словом Природы, но его совершенство также не является последним пиком Духа.
Эти предположения перерастают в уверенность, если теперешний ведущий принцип разума в том виде, в котором человек развил его, интеллект, не является высочайшим принципом. Если сам разум имеет другие мощности, еще только несовершенно схваченные высочайшими типами человеческих индивидов, то становится неизбежным продление линии эволюции, и следовательно, восходящей линии перевоплощений. Если Сверхразум также является мощью сознания, сокрытой здесь в эволюции, то линия перевоплощений не может оборваться на уровне разума; она не может исчезнуть, прежде чем ментальная природа будет заменена супраментальной, и воплощенное супраментальное существо станет лидером земного существования.
Итак, в этом заключается рациональное и философское основание для веры в перевоплощение; это заключение логически неизбежно, если существует эволюционный принцип в Природе Земли, и реальна индивидуальная душа, рождающаяся в эволюционной Природе. Если бы не было души, то эволюция обрела бы механический характер без необходимости и значимости, а рождение явилось бы только частью этой курьезной и бессмысленной машинерии. Если индивид был бы только временным образованием, начинающимся с тела и кончающимся им, то эволюция могла бы быть игрой Все-Души или Космического Существования, взбирающегося через развитие все более и более высоких видов к своей собственной крайней возможности в этом Становлении или к своему высочайшему сознательному принципу; тогда перевоплощения не существует, и оно и не требуется в качестве механизма такой эволюции. Или если Все-Существование выражает себя в сохраняющейся, но иллюзорной индивидуальности, то перевоплощение становится возможностью или иллюзорным фактом, но и тогда за ним не стоит эволюционная необходимость или духовная насущность; это только средство подчеркивания и продления иллюзии до крайних пределов во времени. Если существует индивидуальная душа или Пуруша, не зависящий от тела, тогда перевоплощение становится возможным, но не необходимым, если нет эволюции души в Природе: присутствие индивидуальной души в индивидуальном теле может быть преходящим явлением, единичным переживанием без прошлого и будущего; его прошлое и будущее может быть где угодно, только не здесь, на земле. Но если есть эволюция сознания в эволюционирующем теле, и существует душа, населяющая тело, существует реальный и сознательный индивид, тогда становится очевидным, что именно постепенно накапливаемые переживания души в Природе принимают форму этой эволюции сознания: перевоплощение становится само-очевидной и необходимой частью, единственно возможным механизмом такой эволюции. Перевоплощение также необходимо, как само рождение; поскольку без него рождение явилось бы начальным шагом без последствия, началом путешествия без маршрута и места прибытия. Именно перевоплощение сулит полноту рождению несовершенного существа в теле и придает ему духовное значение.
